Книга Немая смерть, страница 225 – Роман Г. Артемьев

— Решение о моем назначении главой Тагути не будет пересмотрено? — задала я встречный вопрос.

— Учитывая ваши связи в Конохе… Нет, всё-таки другие кандидатуры подходят хуже.

— Тогда мне по-прежнему нужны люди, как можно больше людей.

Вопрос жителей будущей гакуре оставался больной темой. Старейшины с готовностью предлагали алкоголиков, лентяев, откровенных бездарей и прочий мусор, от которого я успешно отбрыкивалась под предлогом необходимости выжить и сохранить секретность, с некоторым напрягом соглашались отдавать твердых середнячков и ни в какую не желали расставаться с мастерами. Понять их можно — хороших спецов всегда мало.

Кроме того, есть ещё один скользкий момент. Сила Узумаки ичизоку заключается не в кеккей генкае, как у большинства других великих кланов, а в знаниях и в умении их применять на практике. Да, мы живучие, выносливые, у нас специфическая плотная чакра, идеально подходящая для создания печатей — но без долгого обучения фуиндзюцу мы с теми же Учиха или Кагуя не сравнимся. У них многое построено на интуиции, куда больше, чем у нас.

Нежелание старейшин отдавать носителей знания объясняется здравым опасением со временем получить конкурентов. Тагути гакуре расположено на задворках мира, сильных врагов в тех краях нет, рынок сбыта в виде мелких деревень шиноби вроде той же Луны расположен относительно недалеко… Есть неплохой шанс за два-три поколения нарастить численность и обрести реальную самостоятельность. Однако вне зависимости от количества бойцов, до тех пор, пока отколовшаяся часть не начнет стабильно торговать печатями высшего ранга, положение материнской ветви останется незыблемым. Именно их предпочтут видеть в союзниках, именно им будут предлагать более выгодные контракты, их сторону примут в случае возможного конфликта. А кто у нас делает сложнейшие печати? Правильно, мастера.

Объявление о присоединении к Союзу Древа и Огня, как официально назывался Лист, произошло через неделю. Официальное, имею в виду, неофициально клан давно знал, зачем посольство ездило в Коноху и почему вернулось, имея в составе едва ли не сотню представителей кланов и деревенской администрации. Тем не менее, формально люди были не в курсах.

Лично выступать перед толпой Узукаге было не по чину, в храме читал речь его наследник, Кийоши-сама. Между прочим, Кийоши-сама был против переселения в Коноху, так как обоснованно опасался дальнейшего ослабления своих позиций. Семья Узу теряет хватку, они допустили слишком много промахов и потеряли достаточно сильных бойцов, чтобы, как прежде, жестко контролировать остальные знатные семьи. Не исключено, что после смерти нынешнего правителя трон займет кто-то иной. Например, принадлежащий к Куро, у которых наилучшие отношения с конохской верхушкой, или те же Зеленые. Моя семья слишком слаба, к сожалению, мы не претендуем на высший пост.

Вслед за объявлением и торжественным принесением клятв перед алтарем Покровителя последовала пирушка с выступлением музыкантов и парочкой обязательных скандалов. Точнее, наши гости насчитали скандалов намного больше, но мы просто так общаемся. Узумаки очень темпераменты, и если долгая дрессировка детишек из правящей ветви приучает держать себя в руках, то младшая ветвь скована рамками условностей в значительно меньшей степени — сравнивая с другими кланами, конечно. В нас странным образом сочетаются импульсивность и упрямство, это наша сила и наша слабость.