Онлайн книга «Отец Народа»
|
Таким образом, время до ночи оказалось свободным, и я решил прогуляться по городу. Раньше я, можно сказать, запрещал себе появляться в Триединстве — слишком много болезненных воспоминаний. Тем не менее, вскоре после основания под личиной торговца заглянул, покрутился, посмотрел на стройку. С тех пор, разумеется, всё изменилось, хотя общая планировка осталась прежней. Широкий главный проспект, стрелой идущий от основных ворот к зданию Совета, параллельные и перпендикулярные ему улицы образовывали сеть из кварталов, словно натянутую внутри городских стен. В центре располагались места поприличнее, ближе к краям стояли дома видом попроще, там селилась беднота. Трущобы, о которых упоминал служка, вероятно, находились снаружи стен, и туда я не пошел, чтобы не выбиваться из образа. Жаль, что не удалось их осмотреть — на начальном этапе осведомителей проще всего вербовать среди нищих. Они, конечно, важной информацией не владеют, но зачастую очень хорошо разбираются в раскладах между влиятельными группировками. Интересно, у Игоря есть здесь агентура? Впрочем, что я спрашиваю — конечно, есть. То, что мы прежде в Триединстве не действовали, не означает полного отсутствия наблюдения. Слишком влиятельны местные маги, последствия их действий отражаются по всему континенту. Пригляд, пусть и поверхностный, необходим. Так, неспешно прогуливаясь, я потратил три часа. Красивый город, необычный и богатый. В отличие от подавляющего большинства других человеческих поселений, здесь проживает много магов, отсюда вытекает относительная дешевизна их услуг, чем с удовольствием пользуются местные жители из гражданских. Все вывески украшены мерцающими психоконструктами, дороги высочайшего качества и при нужде быстро ремонтируются, стены декоративных прудов (они же пожарные бассейны) укреплены трансформированной в каменные плиты землей. Довольно красиво, кстати, смотрится, внешне темный гранит напоминает. Купив у уличного торговца стаканчик чая и лепешку с мясом, я присел на скамеечку, чтобы не жевать на ходу. Оказалось, удачно место выбрал, потому что, во-первых, на другой стороне улицы находились тренировочные полигоны для малолеток, отделенные от жилой части высокой кованой оградой. Тоже, кстати, показатель — металл стоит дорого, а тут его на забор пустили. Во-вторых, упомянутые малолетки, в том числе с неплохо развитым для своего возраста золотым телом, активно шныряли вокруг, иногда переговариваясь на довольно занятные темы. — Лучик ногу сломал, его из дома не выпускают. — Ага, слышал. Говорят, он с дерева неудачно спрыгнул. — Он в дедовой мастерской сидит, жалуется, что провонял весь. — Чем? — Откуда ж мне знать? Мы артефакты не делаем, это Чешуйкины — известные мастера. — Так ведь если он провонял, ты унюхать должен был. Ты же с ним встречался? — Не вблизи, он в окошко кричал. — Ааа… Артефакторика не является строгой наукой, это своеобразный гибрид ремесла и искусства, довольно развитый и повсеместно представленный. В основном маги изготавливают низкоуровневые поделки, часто одноразовые, предназначенные для мирного использования, хотя в специализированных лавках для боевиков выбор тоже широкий. Хорошие, качественные вещи выходят из рук потомственных мастеров, тщательно хранящих свои секреты и не всегда готовых ими делиться даже с родственниками. Отсюда происходит слабый обмен знаниями и отсутствие школ, специалисты не желают терять надежный источник дохода. |