Книга Большие проблемы маленького кота, страница 157 – Роман Г. Артемьев

Внезапно Черныш подумал, что в его жизни стало многовато активности. Не событий, а общего фона — знакомств, необходимости просчитывать шаги окружающих, учитывать их желания. Он, вероятно, отвык от социальных взаимодействий, пока по буеракам шлялся и на помойках еду искал. До недавнего времени он общался только с Сантэл, девушкой простоватой, хоть и хитрой. И вдруг, внезапно, в достаточно близком круге появляются несколько личностей, с каждой из которых при разговоре надо внимательно следить за словами. Иногда хотелось забыть о всех, залезть в уютную норку, и чтобы никто не мешал. Впрочем, желание быстро проходило.

— Нам ещё брата твоего уговаривать, — напомнил он. — Наверняка Нифлос будет против таких экспериментов.

Его правота подтвердилась тем же вечером.

Обвинения в небрежности, глупости, авантюризме и прочем Черныш выслушал, царственно возлежа на двух подушечках. Чем дольше он считал себя котом, тем меньше его задевали манеры бесхвостых потомков обезьян. Что с них взять, убогих? Бытие определяет сознание, он с каждым прожитым днём всё реже вспоминал, что когда-то был человеком. И совершенно не расстраивался по данному поводу. Ну была и была такая страница в биографии, перелистнули её, идём дальше.

Наконец Нифлос слегка выдохся.

— До тех пор, пока я не буду уверен в безопасности сестры, я запрещаю тебе даже пытаться перенести на неё Проклятье!

Черныш смерил его спокойно-презрительным взглядом. Запрещает он, ха!

— Хотелось бы понять, каких гарантий ты хочешь? В смысле, как проверять-то?

— Откуда я знаю? Попробуйте на ком-то другом!

Открывший было рот для язвительной реплики Черныш завис, затем задумчиво оглядел оппонента сверху вниз. А ведь в предложении, высказанном сгоряча, имеется рациональное зерно. Чего он так привязался к Версании? Если можно перекинуть проклятье на неё, то почему нельзя перекинуть на кого-то другого? Привык работать с ней, изучил её внутренний мир, вот и поддался зашоренности мышления.

В самом деле — хорошая мысль.

Оказывается, у Гильдии магов есть дарованное королем право забирать на опыты преступников, приговоренных к смерти. Среди простолюдинов по этому поводу ходит много страшилок, нелогичных и удивительных, правда же заключается в обычной бюрократической процедуре, тщательно прописанной в законах. Отчасти поэтому Юрган прежде своим правом не пользовался — не хотел связываться с заполнением официальных бумаг. Ну и потому, что не нужно ему было.

До сего дня.

Доставленного в дом волшебника бандита пришлось связать едва ли не до состояния куколки — настолько яростно тот пытался вырваться. Мычал сквозь кляп, глаза бешеные, безумные. Стражники упоминали, едва узнал, куда его везут, словно взбесился и почти раскидал пришедшую за ним троицу. Если бы охранник не изловчился и не приложил заключенного по голове короткой дубинкой, мог бы вырваться из камеры и, кто знает, сбежать. Поведение приговоренного не удивляло, откровенного говоря, сам Черныш будущему объекту эксперимента не завидовал. Но и жалости не испытывал. Заслужил — получай.

Надо сказать, Юрган, узнав о теоретической возможности перекинуть Проклятье на другого человека, первые минуты молчал, затем развил бурную деятельность. Полностью он Чернышу не поверил. Всё-таки маг являлся одним из лучших специалистов по данному вопросу и сложность задачи представлял хорошо. В то же время, он верил своим глазам, а Черныш уже продемонстрировал реальные успехи, пусть и незначительные. Так что появилась пусть слабая, но надежда, на фоне которой необходимость предоставить объект для опытов казалась чем-то малосущественным. Тем более что Нифлос, в ведении которого находился преступник, препятствий не чинил, а вовсе даже помогал.