Книга В земле чужой, страница 98 – Роман Г. Артемьев

— Ты о чем?

— Ну вот у нас прихожане могут попросит старцев, чтобы те представляли их в суде…

Не все прихожане, только связанные с Обителью формальными узами. Младшие дружинники, послушники, служки и члены их семей при необходимости имеют право просить старцев говорить от их имени. Речь идёт о покровительстве, являющемся нормой для нашего общества. Помимо суда, старцы заключают сделки, в том числе связанные с землей, подтверждают действенность событий или личность, и занимаются много чем ещё.

— … если суд проходит в Березове. А если здесь, в Восходнем? Вот тебе живой пример, с купцом. У нас Дорож мог бы прийти к Короткому Шагу и попросить заступничества. Здесь у него такой возможности нет. Но если бы, скажем, между Коротким Шагом и Тишайшим был заключен договор о взаимном признании полномочий или о чём-то подобном, то старцы Тишайшего могли бы говорить за него. Им-то с Гутиным или Вышатичами общаться проще.

— Захотят они ради чужака с вятшими боярами ссориться!

— Может, и не захотят, а может, и захотят. К тому же, не обязательно ограничиваться судом. Синеокий ведь темных разыскивает, верно? Почему бы не передать право на розыск в Восходней земле тому же Устроителю, вместе с прочими правами? Взамен получить согласие от них.

Под «прочими правами» подразумевалась конфискация имущества. Согласно действующему во всех землях законодательству, имущество преступников, уличенных в служении Темному и применении темного чародейства, передавалось Обителям. Что характерно, использование частей тел чудовищ и компонентов растений из темных лесов под статью не подпадало, тогда сажать пришлось бы слишком многих. Нет, в данном случае имелись в виду весьма специфические заклятья и методики, оставлявшие на божьем сплетении очень характерные следы. У нас, в отличие от южных стран, любителей черноты мало, но встречаются.

Так вот, с собственностью преступников в Березовской земле сложностей не возникало. А вот имущество в других землях приходилось выцарапывать, не всегда успешно.

— То, что ты описываешь, обсуждалось на собраниях не раз, — неожиданно ответила наставница. — И всегда старцы приходили к выводу, что вводить такое нельзя. По двум причинам. Первая заключается в слишком большом соблазне. Представительство перед судом, князем или миром часто связано с финансовыми вопросами, равно как и остальные права, о которых ты упомянул. Обителям нельзя заниматься ничем, связанным с деньгами! Мы и так часто нарушаем Завет, если же перед глазами постоянно будет маячить возможность почти законно заработать предоставлением услуг, причем услуг нужных, полезных — мы не удержимся. И тогда нам настанет конец. Князья, бояре и вече терпят независимые Обители ровно до тех пор, пока мы не угрожаем их власти, в противном случае… Про Сборов слышал?

— Конечно.

В Сборовской земле, что на далеком западе, одна из Обителей исхитрилась и подмяла под себя остальные институты власти. Формально соблюдая Завет, на практике её старцы и князя назначали, и Радой вертели, и в дела других Обителей успешно вмешивались. Ни к чему хорошему их правление не привело. После череды внутренних бунтов две трети земли растащили соседи, сейчас Сборов, по слухам, влачит довольно жалкое существование.

— Вот то-то же.