Книга Наследство Ушедших, страница 102 – Роман Г. Артемьев

Мы, конечно, в первую очередь порубежники. Но от иного заработка не отказываемся. Если он не умаляет родовую честь.

Отец пытался понять, сколько и по каким ценам он (или кто-то из наших родичей, кто захочет регулярно мотаться в Биляр) сможет в будущем брать у Шерзода товара. В идеале ему хотелось бы получить образцы бесплатно. Купец, в свою очередь, надеялся на новых партнеров и в то же время опасался обмана. Жуликов, не держащих слово, мало, репутацией очень дорожат, но они есть. Поэтому парочка осторожно прощупывала друг друга, общаясь на отвлеченные темы и стараясь вызнать побольше подробностей о собеседнике. Причем выказать явное недоверие оба не могли, опасаясь оскорбить потенциального партнера. Они бы долго ходили кругами, не вмешайся случай.

Переговоры, если можно их так назвать, проходили во внутренних помещениях большой лавки. Снаружи находился зал с продавцами и витринами, а мы сидели в небольшой гостиной, распивали чаи. Мы — это я, отец, Худяш, хозяин дома, его телохранитель и музыкант с расстроенным инструментом наподобие мандолины. Честное слово, без звукового сопровождения можно было бы обойтись. Издаваемое псевдобалалайкой фальшивое треньканье ввинчивалось в мозг, мешая слушать и отвлекая от разговора. Остальные в сторону игруна с ненавистью не смотрели, ибо народ изысками не избалован и любое подобие мелодии принимает за милую душу.

Чай неплохой. Когда купец принялся собственноручно разливать по третьей чашке, выказывая гостям уважение, из-за закрытых дверей, ведущих в сторону торгового зала, послышался шум. Бросив недовольный взгляд в ту сторону, Шерзод коротко взмахнул рукой:

— Узнай, что там.

Телохранитель успел только подняться на ноги, когда дверь распахнулась и в комнату влетел напуганный слуга. Он с вытаращенными глазами остановился перед хозяином и, захлебываясь словами, быстро зачастил, тыча себе за спину.

— Он говорит, на улице дерутся. Заклятьями бросаются.

Словно подтверждая перевод, сильно громыхнуло, раздался женский пронзительный визг.

— На выход! — мгновенно скомандовал Ратибор, преображаясь на глазах. Вот только что сидел вальяжный, расслабленный, и вдруг — словно стальной клинок в человеческом обличье стал.

На улице перед лавкой творилась форменная дичь. Вопли, пламя, дым, конское ржание, лязг железа. Бегущие или лежащие без движения люди. Приказчики торопливо закрывали ставни окон, выходящих на своеобразную веранду, что, по-моему, занятие бессмысленное. Первое же заклинание здание если не разрушит, то подожжет. Поэтому при столкновениях гридней от третьей ступени и выше в ближайших домах лучше не запираться, на открытом пространстве в большинстве случаев безопаснее. Хотя при наличии глубокого погреба надежнее пересидеть в нём — засыпанных потом откопают.

Какая-то защита на лавке была установлена, потому что здание снаружи окружал слабо сияющий голубоватый щит. Происходи дело у нас в Березове, я бы сказал, что нечто артефактное, на основе воздуха. Впрочем, охранники купца уже начали действовать — один из них стоял, приложив руку вплотную к барьеру, явно пытаясь перехватить управление и добавить силы. Еще два бойца выдвинулись вперед и поглядывали по сторонам, стоя перед зданием, последний телохранитель невозмутимо застыл по левую руку от хозяина. Что характерно, оружие из ножен никто не достал.