Книга Испытание дружбой, страница 82 – Нелли Мёле

Периодически я сбивалась и буквально заставляла себя сосредоточиться.

— Ничего у меня не запоминается, – захныкала Феа через некоторое время.

— Да уж, было бы проще, если бы у нас была мелодия, – сказал Милан. Он встал и жестом позвал нас в круг. – Но раз мелодии у нас нет, надо её самим придумать. Будем исполнять гимн в стиле «Аваности». Текст, естественно, останется прежним, традиция всё-таки.

Мы поначалу отнеслись к этой идее скептически, но быстро ею прониклись и вошли в раж. Сначала спели гимн как поп-композицию, потом зачитали его в стиле рэп. Исполнили так, как если бы пели в церковном хоре, потом попробовали жанр техно. Превратили гимн в задорную народную песню, даже каноном на четыре голоса пропели. Это было очень весело, и мы забыли обо всех заботах. У нас получилось и отвлечься, и запомнить сложное произведение, напевая и пританцовывая.

Но вот, несколько часов спустя, в дверь постучали. Лёгкость и беззаботность тут же бесследно пропали, а на их место вернулось напряжение. Так чувствуешь себя в канун Рождества: когда знаешь, что грядёт нечто потрясающее, и невероятно нервничаешь.

— Да? – крикнула я.

— Пора! – объявила моя мама, появляясь в дверном проёме.

После этих слов моё сердце заколотилось пуще прежнего.

Оглядываясь назад, я воспринимаю всё, что произошло той ночью, как сон. Все события, как прекрасные, так и страшные, слились вместе в грандиозном фейерверке.

Когда мы четверо поднялись вслед за моей мамой по крутой подвальной лестнице обратно в дом, оказалось, что уже наступили сумерки.

На первом этаже царила суматоха, но при этом происходило всё почти без слов и очень, очень тихо. Жалюзи на всех окнах были опущены. Лишь несколько ламп освещали происходящее.

— Садитесь кушать! – тихо позвала стоявшая в дверях кухни Эрика и поманила нас к себе. Едва мы, дети, расселись за круглым кухонным столом, нам подали горячий картофельный суп.

— Силы вам понадобятся, – приговаривала Эрика, разливая его по тарелкам.

Атмосфера действительно была несколько гнетущей. Мы быстро, не произнося ни слова, принялись за суп, лишь изредка переглядываясь друг с другом. Напряжение ощутимым облаком повисло над суетящимися взрослыми. То и дело кто-то стучал в дверь и быстро исчезал в гостиной, откуда доносился неразборчивый гул множества голосов.

Как только мы доели суп и смели с тарелки, стоявшей в центре, весь хлеб, на кухне появилась мама. Прикрыв за собой дверь, она вытащила из сумки перевязанный шнурком свёрток.

— Как только стемнеет, мы отправимся в Хёлленталь, – сказала она, развязывая узел.

Из мешочка она достала мой медальон – я сразу узнала его по выгравированному дереву на крышке – и надела его мне на шею. От соприкосновения холодной серебряной цепочки с кожей по телу тут же побежали мурашки.

— Хранительница очистила и освятила ваши медальоны в источнике Нагольд, чтобы они могли передать вам как можно больше магической силы, – тихо объяснила нам мама. – Никто не знает, что ждёт нас в Хёллентале, поэтому вы должны быть готовы на сто процентов.

Я шумно сглотнула. Прозвучала мамина реплика как угроза.

— А где сама Хранительница? – спросил Милан, когда мама надела медальон ему на шею.

— Она ждёт вас на месте общего сбора аваностов, – торжественно ответила мама, застёгивая цепочку медальона Феи у той на шее.