Книга Записки из бронзового века, страница 159 – Мефодий Отсюдов

— Опять десять… Совпадение – не думаю, – примерил я на свою реальность популярный мем из двадцать первого века. – Прям регулярная армия какая-то. Пятой чакрой чую, неспроста это всё, – оглядывая окрестности, вслух размышлял я. – Кво, Иво – пулей на охоту. Ночевать тут будем. Костёр разведём в этом же месте! Соблюдаем максимальную осторожность. Враг не дремлет и он где-то рядом. А до дома – всего ничего остается.

Погоню мы продолжили с утра пораньше, как только след заметен в утренних сумерках стал. В районе обеда мы снова наткнулись на кострище. Мы двигались явно быстрее неизвестного отряда. И подтверждением этому стало ещё одно кострище, на которое мы наткнулись на закате.

А до стоянки племени оставалось километров десять…

— Осторожность – на пределе. Продолжаем движение, – рявкнул я.

Я не знаю, как это объяснить, что гнало меня вперёд и затмевало здравый смысл, взывающий быть осмотрительнее.

Как там Цой в будущем то споёт? «Следи за собой, будь осторожен?»

Да как бы не так!

Мы летели как на пожар! И не зря.

Заходить на стоянку решили по своей тропинке – от ритуального холма, мимо которого мы по утрам бегали разминочные кроссы. Потом к нашей землянке завернуть, а дальше по обстоятельствам.

С вершины холма всё выглядело тихо и мирно – как всегда. Но едва мы начали спускаться, как порыв ветра донёс до нас крик.

Нет, не так – душераздирающий вопль, полный ужаса и страха.

И только расстояние слегка сгладило те чувства, которыми был наполнен этот вопль.

Мне всё ещё хотелось верить, что чуйка меня не обманула и это тупо розыгрыш или какой-то неведомый мне ритуал. Но воображение раз за разом рисовало совершенно другую картину.

— Вперёд! – завопил я и рванул с такой скоростью, что ветер в ушах засвистел, а из-под ног полетели комья мёрзлой земли.

Пацаны не отставали, и чем ближе мы были к стоянке племени, уже ставшего мне родным, тем чётче я понимал, что воображение и чуйка меня не подвели.

На племя напали.

Подло воспользовались тем, что часовые не бдят, типа, а нафиг это нужно посреди зимней ночи, в это время года враг же по степи не бродит – только волки. А значит можно и расслабиться. Вот люди обожравшись нежного мяса и удовлетворив животную похоть, беззаботно и дрыхли в своих землянках.

Битва, хотя со стороны это больше походило на глумление над беззащитным и сонным ребёнком, шла около начальственной хаты. Она, как назло, дальше всех от нас была. Пятеро вражеских воинов во главе со своим рогатым предводителем, забрасывали в жилище нашего главнюка горящие головёшки, оставшиеся от вечернего костра.

Четверо оставшихся блокировали выходы из двух соседних землянок, безжалостно пресекая любую попытку наших воинов вырваться на свободу.

И доказательством тому, что это не розыгрыш, а самое настоящее нападение с целью уничтожения, служили несколько изуродованных трупов, валявшихся около землянок.

Как я это всё разглядел в тусклых отблесках костра, да ещё и на бегу – не знаю. Для меня мир как будто остановился. Нет, время всё также продолжало свой неумолимый бег, но раз в десять медленнее обычного.

Я видел, как из землянки, даже не пытаясь сбить пламя, перекинувшееся с тлеющей шкуры на длинные волосы, выбегает один из телохранителей вождя. Заметил, как его взгляд упал на рогатого, как подкосились ноги соплеменника. Чётко видел, как один из нападавших, радостно гогоча, медленно заносит над ним прообраз топора и орудие начинает падать на голову жертвы.