Книга Путешествие в молодость, страница 20 – Эдуард Поляков, Мефодий Отсюдов

— Ну да, ну да, - хмыкнула бабка. – Вырос он, а культурно выпивать так и не научился. Колька вон, мужиками который командует, что полисадник мой чинят, норму знает. Вчера вечером в луже полежал и пузыри носом попускал, а с утра на работу пошёл. А знаешь почему? Потому что меру знает. А ты её не знаешь, а ещё и пьешь всякую дрянь, - назидательно жестикулируя, вразумляла меня старушка.

Я вздохнул. Хотел выдать бабке что-то на тему сына маминой подруги, но передумал. Не хотелось бабулю расстраивать. Она же не со зла. Наверное.

Справившись с очередным рвотным позывом, я вновь приложился к стакану с молоком. Натурпродукт, как оказалось, сушняк лучше минералки сбивает.

Спокойно поесть мне не дали.

— А дядь Санька дома? - прервал мои страдания бодрый голос Чижика. - Батя зовет. И участковый, - добавил юнец, ехидно улыбаясь.

Я аж закашлялся. Такое внимание к моей персоне совершенно не радовало.

— Подождут! Сейчас он поест и выйдет, - стуча мне по спине кулаком, огрызнулась бабуля. – А ты не спеши, не убежит от тебя улица эта, - это уже мне адресовалось.

После таких слов я очередной флешьбэк словил. Хотя поначалу показалось, белочку. Глянул на засланаца исподтишка, вылитая копия юного Саныча в дверях мнётся, подмигивает мне и большой показывает. Мол, тема есть. Давай вкидывай калорию и погнали уже! Помотал головой – отпустило. Не Саныч, а Чижик в дверях тусил.

— Дядь Сань, давай быстрее. Петрович злой чего-то. И батя сильно не в духе, - проканючил засланец.

— Петрович – это кто?

— Говорю же, участковый. Требует выдать ему вандалов, порушивших часть любавинского культурного учреждения, - ввёл меня в курс дела малой.

Мда, час от часа не легче. Но, то ли бодун на меня так повлиял, то ли эта морда, что вчера втихаря тырила у нас вискарь, а сегодня бодра и свежа, меня на троллинг спровоцировала…

— Ба, суши нам с Чижиком сухари. Чую, ждет нас с подельником дорога дальняя, дом казенный, - превозмогая страдания, подмигнул я засланцу.

— Типун тебе на язык, - всплеснула руками бабка.

Чижик, по-видимому, тоже восприняв мой похмельный юмор всерьез. Почесал затылок, буркнул, что на улице подождет и свалил.

Мучить страждущих я не стал. Тем более что еда не очень-то и лезла в меня. Через три минуты при полном параде вышел к оболтусу.

— Стук знакомый замка, снова будит меня. Вновь на сердце тоска заключённого дня, - жалостливым голосом напевал я, медленно шествуя по селу в сопровождении Чижика и подставляя солнечным лучам свою похмельную морду.

Засланец моей показной жизнерадостности не разделял. Но и следов волнения не было видно.

— Дядь Сань, харош нагнетать! Батя щас поорёт, а потом отмажет. Ты же ничего такого не сделал? - самоуверенно прервал мой творческий порыв Чижик.

Меня от такой наглости аж зло взяло. Пришлось переходить к более действенным методам.

— Угу, отмажет. Он из-за пропущенной драки вчера вон как расстроился. А сейчас в дона Карлеоне играть будет, - начал я разогревать попутчика. - Я тут что прикинул. Бери всё на себя. Тебе восемнадцати нет, суд учтёт и срок скостят. А может, даже, условкой отделаешься, - обрисовывал я перспективу. – Так-то драку ты затеял.

— Тролишь? – насторожился малой.

— Подъебываю, - уточнил я, отвесив Чижику лёгкий подзатыльник.