Книга Молодая кровь, страница 135 – Эдуард Поляков

— Олег⁈ Ксюха⁈ — скрестив руки на груди, удивлённо воскликнула Настя Апраксина.

— Долгая история, Заря, — отмахнулся я. — Лучше пока придумай, как будешь оправдываться за два тела.

Апраксина смутилась. Впрочем, на это я и рассчитывал.

— Чуваш, у тебя как с виталиканским? — спросил я Бориса.

— Ну, не уровень носителя, но в школе преподавали, — пожал плечами соник-техник.

— Отлично! Знакомься, Чуваш, это Красная, — и, повернувшись к виталиканке, добавил: — Саманта, это Борис.

— Он Часовой? — спросила она, внимательно изучая Борю.

— Я тебе больше скажу: он мой ученик и на сегодня — твой личный телохранитель! — усмехнулся я, видя, как смутился Борис.

Ну да, обычный парень из пензенской глубинки. Железный занавес, деревянные игрушки, батя-комбайнёр… А тут целая виталиканка! О её папеньке-маршале я решил умолчать. Лишнее.

Одновременно в нейроинтерфейсе отписался Сумрак. Сообщил, что координаты принял и скоро будет.

— Погоди, — мотнула головой Ксюха. — «Чуваш» — это тот самый Борис, который…

Явно намекая на мой предыдущий рассказ о двух незадачливых студентах, дочь быстро сопоставила факты.

— Ага, — кивнул я, молясь, чтобы она не сболтнула лишнего.

— А ты, должно быть, Комсомолка? — предположила Ксюха и, ткнув пальцем в Елизавету, угадала два из двух. — Ну вы, ребята, просто легенды! Как говорит мой учитель фортепиано: «Нормально исполняете!»!

— Сумрак, это вообще кто? — будто бы безобидно, но с явной шпилькой ревности процедила Гагарина. А зная её характер…

— Я же сказал: это агент «Заноза». В будущем, возможно, ваш преподаватель по Земле 505. А для тебя лично — объект охраны до завершения миссии. Борис следит за «Красной», ты — за «Занозой».

— Не хочу быть «Занозой», — вдруг взбрыкнула Ксюха. — Что вообще за позывной такой дурацкий?

— Позывной даёт твой крёстный-Часовой. Традиции не обсуждаются! — и, повернувшись к нянькам, пояснил: — Заноза — абориген Земли 505, наших раскладов не знает.

Тут сцену пришлось прервать, потому как в немаленький, но стремительно тесневший двор въехало ещё одно авто.

— А это ещё кто? — ослеплённо щурясь, проворчал Кузя. — Я ему сейчас за такое уши надеру!

— Спили мушку, крошка! — искренне рассмеялся я, потому как бравый и широкий душой Кузя только что пообещал надрать уши самому Сумраку.

И чтобы не шокировать запаянными в полиэтилен телами Саманту и Ксюху, пришлось срочно что-то придумывать.

— Чуваш, Комсомолка, — начал я, но чёрный фордовский фургон уже припарковался и погасил фары. — Подопечных в зубы и за шаурмой! Заноза, ты, как абориген, за старшего!

— Сумрак… Тьфу, Олег, я это, наверное, пойду? — воспользовавшись паузой, неуверенно протянул Миша. — Я вроде как больше не нужен, да и время позднее…

— Ах да, Миш, — вспомнил я про соседа, перед которым было по-мужски неудобно за такое вот использование втёмную. — Ты уж извини, что так получилось.

Глядя на серебристый фордовский фургон с подозрительно чёрными номерами, который наконец припарковался и погасил фары, добавил:

— Пойдём, обсудим с тобой компенсацию за, так сказать, неудобства.

— Да не! — нервно рассмеялся Миша. — Какие компенсации, мы же соседи! Я тогда пойду, а?

— Ну как знаешь, — пожал плечами я и, развернувшись, зашагал к фургону.

Чуйка меня не подвела. Из водительской двери фордовского транспортёра вышел Сумрак. Нет, он не был моей копией — только рост и комплекция выдавали родство. За рулём сидел лысый усатый мужик в старомодных очках в толстой оправе, которые на деле были ТОКВДР. В последнее время я научился их безошибочно распознавать.