Онлайн книга «Марс наш!»
|
— Это чтобы они дальше прихожей в башне не шастали. А то увидят, какая на технических этажах пыль лежит… — усмехнулась нейробабушка. — У-у-у… Приняв подписанный последнюю бумагу с отказом от прав на часы в пользу нового приобретателя, Клавдия Леонтьевна проверила и тут же забрала сертификаты с часами, сообщив, что упакует всё лично. Я был не против. Да и до начала интервью оставалось чуть больше трех часов. Три часа — исчезающе малое количество времени для того, чтобы подготовиться к интервью местного Ларри Кинга. Но я справлюсь. Обязан справиться! Тем более, некое подобие плана и тезисов уже были накиданы на полях моего чёрного блокнота. Осталось их только расширить, расставить акценты и слегка отполировать сочными цитатами — и готово! Выпуск интервью вполне можно будет сравнивать с ядерным взрывом в информационном пространстве. И, по привычке наслюнявив карандаш, я открыл свежую страницу блокнота и вывел: «Тезис первый: Барагозин! Где, сука, боеприпасы?». В это же время: кадеты… Получив неожиданные шесть часов увольнительного, вопреки ожиданиям Лизы, их компашка не разбрелась каждый по своим делам. Будучи коренной москвичкой, ей, вот парадокс, было некуда ехать! В прошлый раз оказавшись дома «не вовремя» ей «посчастливилось» повстречать маму и её нового ухажёра. И это в то время, пока папа в Южноафриканской Республике отстаивает интересы СССР с дипломатической миссией! Особо печально, что невольным свидетелем этой сцены оказался Борис. В общем, тогда Лиза для себя решила твердо: домой она больше не вернётся. Вот и сейчас, получив весть о внезапном увольнительном, сначала обрадовалась, а потом загрустила. Тем неожиданнее и приятнее для неё прозвучало предложение Бориса: — Ребят, не знаю, у кого какие планы. А я предлагаю первый увольнительный провести вместе! Ну сами посудите, теперь мы не просто те две сотни счастливчиков, которых отобрала система «Коллектив» и которые стали курсантами первого набора академии Часовых. Теперь мы ещё и сослуживцы! Я считаю, надо лучше познакомиться и узнать друг друга. Ну что, кто «за»? — Борис прав, — неожиданно поддержал его Пятый. — Я тоже считаю, что раз мы начали работать вместе, то надо знать, кого благодарить за спасение твоей жизни. Особенно Борис удивился протянутой для рукопожатия руке Пятого. — Сегодня с утра я видел, как ты работаешь. Эх, Боря, будь в нашей роте такие соник-техники, кто знает… — Да брось ты, — неожиданно даже для самого себя вдруг застеснялся Борис. — Я всего-то… — Ну посуди сам, — не спешил сдаваться Пятый. — Одного «Самсона» мы бы завалили. Но два других… Если бы ты не взломал систему космопорта и не врубил разгоночные турбины, они бы покрошили нас пулемётами! А вместо этого их самих засосало, как фантики от новогодних конфет! Из инвалидной коляски, которую Пятый толкал впереди себя по брусчатке перед башней Часовых, подал голос Кузя. Конечно, Сумрак его никуда не отпускал, но с мольбой апеллируя к собирающимся друзьям, сметливый десантник воспользовался лазейкой об отсутствии прямого приказа на его счёт! Что не запрещено, то априори разрешено! Тем более, Сумрак оказался слишком занят своими делами. Именно поэтому сейчас, пусть и сидя в инвалидной коляске, он был со своими товарищами и мог нести своё авторитетное мнение. |