Книга Друид, страница 37 – Эдуард Поляков

Именно в этот момент я и осознал, что Ольгерд пойдёт со мной до конца, и что этот конец, возможно, гораздо ближе, чем я предполагал. И что нужно делать ноги, и как можно быстрее.

Я закрыл глаза, видя как постепенно, растения теряло свои жизненные силы. Дальше тянуть не имело смысла, поэтому я сгреб в охапку парню всё до последнего листочка и вновь потянул за фалангу указательного пальца. Она снова щелкнула с хрустом. Но парень даже не поморщился, увидев мою кровь и услышав неприятный звук. Он был словно в трансе. Его лицо было щедро умыто слезами истинного отчаяния.

Не было твердой уверенности, что у меня получится, но я, всё-таки, решил рискнуть. Как только семечка отделилась от пальца, мой уровень вновь рухнул на одну единицу. В принципе, я этого и ожидал, поэтому не стал тянуть и просто приложил маленький орешек к рубленой зелени в руках парня.

Корешки из-под скорлупки сразу проникли в стебли, соединяя их мелкой паутинкой сосудов. Сначала, это всё выглядело так, словно паук сплел паутиной мусор. Но постепенно, паутина увеличивалось, крепла, и изменилась с белых волосков в более плотные и темные волокна. Но не это было удивительно: тонкие волоски связали вместе не только веточки, но и плотно прилипли к рукам Ольгерда, державшего умирающее растения.

Парень никак не реагировал. Зато реагировало его тело: слегка смуглая кожа потемнела и стала такого же оттенка, как и у меня, и горевшие золотым огнем волосы, седели прямо на глазах. Я до конца не понимал, что у меня вышло: парень был теперь похож больше на дендроида, чем на островитянина Остгёрдов.

— Ольгерд. — я потревожил парня за плечо. — подъем боец.

Тот посмотрел на меня ещё слезящимися глазами, а потом перевел взгляд на свои руки. Тёмные, почти антрацитово-черные, чем к кофе с молоком, дрожа они, начали поднимать то, чем стала порезанная виноградная лоза. Теперь она стала словно древесная змея, обвязавшись вокруг тела парня. Тот засмеялся, и от этого слёзы ещё больше хлынули из его, теперь желтых, с чёрными бусинками, зрачков глаз.

Смех парня, гулом разнесся по казематам подземелья, а растение, словно зелёный питон, извивалось на его теле. Интересно, а как НПС рассматривают статы своих питомцев или оружия? Это у меня есть интерфейс, хоть и, в сравнении с Квази Эпсилоном, весьма урезанный. Но я по-прежнему могу видеть уровень и характеристики персонажей. Также, как и шмота, а вот своего бара хитов, у меня нет, как нет и пиктограмм умений.

Древесный змей друида Ольгерта. 10 уровень.

Урон: Вариативно. Тип: физический.

Да уж, не этого я ожидал от оживления семечки. В моих планах было создать хоть какого-нибудь плохонького но Лешего, а не беду для парнишки. Тем более 10 уровень, он даже для меня ничто, а уж тем более для Торда. Плюнет, да и разотрет. С другой стороны, теперь и Ольгерд стал говорящим с травами, избавив меня от тяжести признания в его несостоятельности.

— Ольгерд! Поздравляю! Ты успешно прошел инициацию Говорящего с травами. — Я вкладывал в эти слова как можно больше пафоса, хотя сам осознавал, какой бред я несу. Какая к чёрту инициация? Ну да, у меня получилось сделать из НПС друида, редкий класс для Остгёрдов и только. И это, ценой собственного уровня, а парень, со своим 15 уровнем, будет едва ли полезней, чем его питомец.