Книга Заключенный, страница 35 – Эдуард Поляков

Огромный и зеленый. Большой и тяжелый. Если обычный экзоскелет сравнивать с человеком, то этот роботизированный костюм был зеленым Халком. На одном его плече были закреплены два лучевых спаренных лазера, на другом – два бочкоподобных импульсных лазера. Да такой махине на энергопотребление надо не батарею и не две, тут мини реактор шаттла требуется. Недооценил я противников, ой, недооценил.

Не дыша, навел импульсник на шею и маленькую сплюснутую голову, решив, что там должно быть самое слабое место и, мысленно перекрестившись, нажал на тумблер. Под рукой загудело, передавая мелкую вибрацию. На секунду я испугался, что он не сработал, но пригляделся и увидел искажения воздуха, как над асфальтом в горячий июльский полдень. Халк продолжал двигаться, не замечая воздействия, и я похолодел. Не работает! Ужас охватил меня, и я начал водить по его спине. Попал излучением и на плечи. Оказалось, что под излучением магнетронной пушки спаренные лазеры не стоят и пары секунд. Лишь я навел, как следящая за взглядом хозяина огневая точка на левом плече опала. Неэкранированная электроника спеклась. Тут Халк начал поворачиваться, и я снова нырнул под плиту. Шли секунды, я дышал еле-еле, ожидая хоть какого-то звука. Прошла, наверное, минута и снова послышался шум шагов. Напряжение било меня, а колени предательски подгибались. Затем я снова услышал шум открываемой двери и шаги по лестнице. Как же она выдерживает такую махину? Я взглянул на лог чата:

Вы получили навык «Энергетик 1».

Ого, значит, мой магнетронный облучатель относится к энергетическому оружию. Подфартило. И вдвойне подфартило, что боец в том гипертрофированном костюме заметил СВЧ-воздействие, только когда я ударил по небронированным турелям и сжег их электронную начинку. Значит, я не могу пробивать толстую броню даже таким концентрированным и мощным пучком. Да что я удивляюсь? Не уверен, что и рейлган возьмет его. Да нет, это уже глупость. Конечно, пробьет, и насквозь. Но, блин, этот вармех реально толстый! Значит единственный выход – бить по слабым точкам: оружие, сочленения под коленями, внешние датчики. Я сейчас на втором этаже этой двенадцатиэтажки. Это для меня и удобное, и неудобное место одновременно. С одной стороны, здесь много узких мест и закрытого пространства, а с другой, это верхние этажи и крыша здания – просто мечта любого снайпера. И они будут стекаться сюда.

Я вспомнил, что у меня откатился щит фитоспор. Куда бы надеть новую броню?.. За счет прокачки Щита спор до третьего уровня, размер увеличился раза в полтора, и теперь им можно было закрыть поверхность с одиночный лист газеты. То, что надо защитить лицо, это точно, поэтому я сделал маску на нижнюю часть лица и немного на шею. Делать полную маску не хотелось, чтобы не ограничивать обзор. Все же такие маски сильно мешают, сползают набок и позволяют смотреть только вперед. Этот вариант мне не подходил. Получилось что-то наподобие защитной маски самураев, которая одевалась на нижнюю часть лица.

Под моими ногами послышалась тяжелая поступь, явно принадлежащая тому танку, что навещал меня и чудом не размазал тонким слоем. И размазал бы, будь у него тепловизионная аппаратура или чуток любопытства заглянуть за блоки. Многоэтажка, в которой мы находились, не была полноценным зданием, большинства систем просто не было, а конструкция держалась на железобетонном скелете, соединенном лестницами между этажами. Аккуратно подползая к краю, я выглянул вниз. Внизу, слева, метрах в двадцати пяти – тридцати от меня стоял Халк. Увидев его, я резко дернулся обратно, он стоял в пол оборота ко мне. Лучевые лазеры на его плече все так же висели безвольными марионетками, с обрезанными нитями кукловода. Судя по приближающимся шагам, он все же засек меня. Едва я благоразумно отполз от края, как плита, на которой я лежал, прыгнула под моим распластавшимся телом. Во флоте есть такой термин: «палубный перелом». Он происходит при крупном попадании в судно или смертоносном таране, когда гигантское тело корабля содрогается от крупных колебаний. Кости тех несчастных, кто в этот момент стоял на ногах, нещадно ломаются, приводя к тяжким травмам. Это и есть палубный перелом. Так вот его я не получил только чудом, потому что не стоял, а лежал на полу всем телом. Однако и я получил свою долю дамага. Воздух из легких выбило так, что не вздохнуть. А красный бар жизни снизился до восьмидесяти процентов. Белый плотный туман грязного каменного крошева и пыли стелился по полу, постепенно оседая. Там, где я был, когда решился выглянуть и посмотреть на источники шума, зиял продолговатый пролом площадью метров в шесть. Он что – идиот, находясь в полуразрушенном помещении, палить в потолок над собой из импульсных спаренных лазеров? Да это же будет нашей общей гробницей! Кое-как вдохнув, я прокричал что есть мочи, однако вышло все же хрипловато и негромко. Последствия стана от косвенного попадания взрывной волны говори о себе знать.