Книга Заключенный, страница 107 – Эдуард Поляков

Женщина так и осталась стоять в дверном проеме, опершись на косяк рукой. Пес лаял, привлекая внимания хозяйки, но ее мысли были погружены в размышления. Прошло всего ничего с момента суда, дней десять. Она еще не успела съехать с квартиры сына домой. Да и срок заключения у сына начался буквально неделю назад.

Это неправильно, это какое-то недоразумение. Сын всегда был законопослушным, даже чуть-чуть наивным парнем. Он верил в добро и отвергал, даже гипотетически, споры на тему, что во имя добра иногда можно поступать неправильно. Даже в тюрьму он попал по случайности. Единственная его вина была в том, что он не включил аварийку в автомобиле. И вот такая новость: побег.

Она отцепила поводок от ошейника рвущегося на прогулку пса и отпустила его. Сейчас она его догонит. Но сначала ей нужно зайти в кухню и заглянуть в аптечку. И так в последние месяцы на успокоительное ушла целая прорва денег. Но сейчас это было действительно нужно. Позади, из открытой двери в подъезд, доносился громкий лай, который возвещал о том, что Ливон идет на прогулку. А в кухне сидела Елена Игоревна и машинально, по привычке, запивала чаем несколько таблеток. И думала про сына. Как он там? В вирт капсуле в новом мире.

⁂

Разбудило меня яркое солнце, которое даже сквозь закрытые веки резало глаза. Я будто просыпался в сказочной стране, вокруг все сияло красками. Яркое солнце пробивалось сквозь кроны деревьев, где щебетали насекомые и птицы. И ветер, мягкий и приятный, слегка трепал волосы. Я открыл глаза и сел. Все тоже были здесь, уставшие, но счастливые.

— Сколько я проспал? – задал я первый интересующий меня вопрос.

— Сколько? Утро уже, вот сколько! – ответил Бишкек. Он до сих пор не мог оторвать взгляда от своего ножа-кастета. Держал он его с любовью, как болельщик шайбу, подписанную любимым игроком КХЛ.

— А что с омелой? – продолжил я допрос. А сам уже ощупывал вещмешок с моим будущим петом. Убедившись в том, что он был на месте, я немного успокоился. Я спал так крепко, что можно было меня наголо побрить, я бы не проснулся. А уж украсть у меня вещмешок, так и подавно.

— Мы ее победили! – каким-то торжествующим тоном произнесла Джинкс. Она просто сияла, несмотря на круги под глазами от недосыпа. С такими кругами она сейчас напоминала панду, но очень счастливую панду.

— Как победили? – я сначала подумал, что мне послышалось.

— Ну да, победили… – она замялась, но затем продолжила. – Ну, может, и не победили, но она от нас отстала. Везде, где мы смогли увидеть, мы вырезали ее. Короче, она нас не атакует больше. Наверное, забилась где-нибудь под камень и спокойно регенерирует.

— Надо найти и завершить начатое, – вынес вердикт я. – Если она восстановит силы, то это будет по своему воздействию, как биологическое оружие. Вы сами видели, на что способно это растение.

— И где прикажешь его искать? – впервые за это утро заговорил Гриша. Но на его вопрос у меня уже был готов ответ.

— Я найду его, если оно поблизости. Вы ведь с ним справитесь?

На этот вопрос все синхронно закивали.

— Тогда давайте вы отдохнете полчасика, а заодно и расскажите обо всем, – все согласились с этим предложением и мы улеглись вокруг яйца с питомцем.

Да его вылупления осталось чуть больше четырех часов. Мы начали с осмотра, а скорее, хвастовства своими девайсами. Все выложили их в центре, рядом с яйцом. Черное с зелеными прожилками яйцо сейчас было больше похоже на какое-то футуристическое драконье.