Книга Сопряжение. Чернильный маг 5, страница 137 – Эдуард Поляков

— И это всё? — обнажив острые зубы, оскалилась демоница. — Где твоя сила, бабушка? Где та Елизавета Ленингейн, что карала своих внуков за слабость? Или, может, ты уже не та? Скажи, может быть, твой союз с Мефистофелем это ничто иное как попытка вернуть себе силы, которые забирает старость⁉

Всё так и было, а потому не мигающие глаза Паучихи выдали её с потрохами.

— Вот значит как!!! — облизнув алые губы, восторжествовала Лилит. — Значит истинная причина — страх оказаться слабой⁉

Вместо ответа, Паучиха вновь атаковала внучку. Но в этот раз в девушку полетел уже рой, сотканных из затвердевший паутины, копей! Молниеносные и неотвратимые…

Впрочем, для преодолевшей барьер крови, Карины они были не быстрей, и не опаснее, самолётиков из бумаги.

Взмахнув крыльями, Лилит взвилась на десяток метров вверх, и атаковала уже сама!

Это был пси-удар. Самый простой, базовый приём, который суккубы осваивают раньше чем начинают ходить. При помощи него несмышленый ребёнок может убить комара или надоедливую муху. А может отправить летаргический сон поцарапавшего его котёнка, или напугать злого пса. Но и только…

Однако сейчас, эту сырую, не облаченную даже в простейший магический конструкт, первородная магию, применила не суккуба-полукровка. Карина больше не была ей!

В своей ярости Лилит преодолела этот барьер. Она стала Королевой Боли!!!

Паучиха попыталась уйти от атаки. Но от пси-удара увернуться невозможно. Рогатая голова драйдеры качнулась, будто от пропущенного боксёрского удара. А когда её голова вновь вернулась на место, три из восьми сетчатых глаз паучихи закрылись навсегда.

Впрочем, Лилит это было неважно. Развивая инициативу, Карина в один сильный взмах крыльев, оказалась рядом с Паучихой.

Драйдера попыталась было принять удар, и даже выставила вперёд острые паучьи лапы. Но Лилит было уже всё равно. Схватив прабабушку за острые как обсидиант лапы, Королева Боли с силой дёрнула их на себя.

Жёсткие и смертоносные, пики паучьих лап захрустели, точно креветочный панцирь. И развивая успех, Лилит играючи, с хрустом вывернула их из мягкого паучьего подбрюшья.

По ушам ударил ультразвуковой крик. Совсем недавно она вспомнила давно забытое чувство страха, а сейчас ещё и прочувствовала еще и боль вывернутых суставов.

Паучиха попыталась было спастись. Выйти из смертоносного клинча. Но демонический хвост с серебряным остриём уже ударил в мягкое, незащищённое подбрюшье.

И, если бы не врождённая стойкость драйдеры, если бы не обманчиво мягкие волоски паучьего тела, бой бы уже закончился. А так…

Брюшко Паучихи смялось, точно пивная банка. Удар оказался слишком силён. Жёлто-зелёная слизь паутины и яда расплескалась, точно вода, выплеснутая на, раскалённую и наполненную маслом, сковороду.

Но, если для Паучихи собственный яд был не опаснее апрельского дождика, Лилит сполна расплатилась за собственную неосмотрительность.

Белая, как похоронный саван, кожа Лилит взбурилась зелёными волдырями. Суккуба завизжала от боли. В несколько сильных взмахов девушка разорвала дистанцию и взвилась в воздух.

Но и только!

Даже для Королевы Боли это было слишком. Агрессивный яд, густо замешанный с паутиной, обжигал точно напалм.

Зеленоватые волдыри набухали и лопались. Белесая кожа сходила словно мокрая бумага, обнажая тугие канаты мышц.