Книга БПС. Посох Велеса, страница 61 – Валерий Тиничев

— Не совсем правильное название, но не в имени суть, — травник, который ехал с ними, налил в кружку душистого травяного отвара и принялся рассказывать, — когда Русь христианство приняла, начал народ забывать древних богов, рьяные последователи Велеса и Перуна ушли в необжитые земли и стали там служить, слава богу, что не было у нас инквизиции и их особенно не преследовали, хотя и не поощряли, сначала они обосновались на севере, в краях карелов и вепсов, но потом вынуждены были уходить всё дальше, пока не добрались до этих мест. Завтра мы с вами увидим самых настоящих волхвов и кудесников, хранителей древних тайных знаний.

— Протоген Селиванович, это как-то связано с нашим заданием и тенью Култа над нами? — Якутин сразу же догадался.

— Да, всё верно. Над нами какое-то проклятье нависло, смертельное, причём видеть-то мы с тобой его можем, а вот снять никак, только хуже сделаем и себе и другим. Всех свойств Птицы Гамаюн и Посоха Велеса мы не знаем, но очень не простые эти вещи, нельзя было их трогать и нарушать вековой покой высших сил, не дано нам понять и уразуметь божественные помыслы, ибо тлен и прах мы есть.

— Э, так мы же тут не при делах, — возмущенно произнёс Дима и принялся загибать пальцы, — мы только исправляем чужие ошибки, нам они ещё спасибо сказать должны. Птицу украли из музея не мы, курган мы не трогали, ничего оттуда не брали, пытаемся только вернуть государству предметы, представляющие историческую и культурную ценность. Если честно, я даже сомневаюсь, что есть какое-то проклятие, ну не ощущаю я ничего.

— Не чувствуешь ты до поры до времени, — старик перешёл почти на шёпот, придавая своим словам особую значимость, — до тех пор, пока не совершишь ошибки, не сделаешь что-то запретное, а что именно, нам знать не дано. Боги древние не видят разницы между отдельными людьми, роду человеческому запрещено прикасаться к таинствам, лишь посвященные могут с высшими. Так гласят Веды. А мы с вами, пусть и невольно, запрет этот нарушили, теперь расплачиваться предстоит.

— Даже страшно стало, — Аня зябко поёжилась, — а можно ужасы на ночь не рассказывать!

— Не бойся, подруга, — шутливо успокоил девушку Якутин, — враг близко не подойдёт, мы же команда спецназа!

* * *

Утром выехали ещё затемно и через пару часов перед их взором появился большой посёлок, уютно расположившийся между пологими холмами. Три десятка добротных рубленых изб были разбросаны в живописном беспорядке, а северный край заняли ровные ряды длинных одноэтажных зданий, похожих на склады или амбары, между которыми виднелись столы со скамейками под деревянными дощатыми навесами, кое-где парили большие котлы, установленные над кострами. Для стороннего наблюдателя казалось, что он попал на съёмки какого-нибудь исторического фильма, даже люди, занимающиеся повседневными делами, одеты были далеко не в современные одежды, не было видно и линий электропередач. Дальше двигаться автомобилям запретили, метрах в пятистах от околицы дорогу перегородили два молодых человека, сделав жестами приказ остановиться. Ждать пришлось недолго, вскоре подошёл пожилой мужчина:

— Вы все тут останетесь, подождёте, пока обряд приготовим, с собой приглашу только водителей и двух кудесников, следуйте за мной.