Книга Адриана. Наказание любовью, страница 108 – Елена Баукина

Астра и Бетти устроились за одним круглым столиком присоединившись к мадам Светли. Я слышал, как они вели разговоры ни о чем. Хвалили Зимний сад и обсуждали последние веяния моды - веера с картинками.

— Ты понимаешь, что я тебя сюда не чай пить пригласила, - сказала бабуля и сделала глоток из тонкой фарфоровой чашки. - Ты маленькая лгунья, деточка. В твои годы я была серьёзнее и умнее.

Эти колкости мне сразу не понравились. Я ненароком поджал губы и это было сразу замечено Даритой.

— Ложь часть нашей жизни, не так ли, бабушка? К тому же вы сами не всегда правдивы.

— Иначе не выжить, деточка, - спокойно ответила она, хотя я ожидал от неё иной и более бурной реакции.

— Что вы хотели у меня спросить? - попытался я перейти к делу.

— Кто ты на самом деле, девочка? - Дарита поставила чашечку на блюдце и и теперь сверлила меня злобным взглядом, хотя с её уст не сходила улыбка.

От слова “девочка” меня бросило в жар.

— Дочь Люциуса Хаминга, - я даже не притронулась к чаю. - Мой отец об этом ясно сказал. Всем сказал.

— Слова-слова, иногда они имеют ценность, а иногда нет.

Из-за кустов роз вышли две вооруженные женщины и прямиком направились ко мне. Я вскочил со стула, опрокинув чашку с чаем и тарелку с пирожными, и хотел достать спрятанный небольшой нож. Нападение их было настолько неожиданным, что я не успел оказать должного сопротивления. Одна из них схватила меня и теперь крепко держала из под локти за спиной, вторая охранница нащупала нож у меня в чулке и конфисковала его.

Мои фрейлина завизжали, перепугавшись. Бетти хотела броситься ко мне, но я остановил её резким окликом. Не хватало еще, чтобы она пострадала.

— Закройте свои рты, - припугнула их Светли и достала из своей сумочки миниатюрный мушкет с золоченой росписью. - Здесь днело семейное и вам не следует вмешиваться.

— Бабушка, тебе не кажется, что ты обнаглела? - я пытался говорить как можно спокойнее, но голос предательски дрогнул. - Мой отец узнает об этом и тогда...

— Не называй меня так, пока я не буду уверена, что ты моя внучка, - перебила меня Дарита.

— Что ты собираешься делать? - я старался сохранять спокойствие, хотя мне это давалось все труднее. Боялся я не за себя, а за своих фрейлин, особенно за Бетти.

— Кое что выяснить наверняка. Если ты лгунья, я прикажу надеть на голову твоей Бетти мешок и задушу своими собственными руками! Потом, сделаю то же самое с тобой! Раздевайся, - спокойно заявила Дарита. Она была настолько спокойна, что я завидовал её выдержке.

Я виновато посмотрел на испуганное лицо Елизабет. Я не позволю ей страдать, чего бы мне это не стоило.

— Простите, бабушка, я не могу вас понять. Мы вроде не в терме или ваной комнате и я не ваш любовник. К тому же на этих платьях столько завязок, я сама не справлюсь. Объясните ваше страное желание.

— Помогите месьере раздеться, - приказала она охраницам. - И поживее, я не люблю ждать, меня это утомляет. Не стесняйся, деточка, тебе нечего бояться, если ты не лгунья. Но если ты мне солгала… - она посмотрела в сторону Бетти, - Кто-то может и не выйти из сада.

Я не мог понять, как моя нагота может помочь моей бабушке узнать какую-то правду. Но она могла помочь Бетти. От этого мне становилось не по себе. Я позволил охраницам снять с себя платье и подъюбник. И теперь стоял съежившись в одних панталонах, нижнем лифе и корсете.