Книга Хозяйка Мертвой воды. Флакон 2: Пар, моторное масло и магия, страница 28 – Эдуард Поляков, Елена Баукина

Репортер покрутил головой и глянул на толпу, которая ожидала дальнейших действий. Он сглотнул, а затем едва заметно кивнул, соглашаясь с условиями целительницы. Получил безмолвный ответ, девушка твердо зашагала к столу, и репортер засеменил следом за ней. Август Крайтон и папарацци встретились взглядами. По циничному оскалу офицера, девушка поняла, что они старые знакомцы, но никак не друзья.

— Майкл Магпай! Все собираешь грязь и для своей газетенка? Видимо тайная канцелярия мало постаралась, укоротив тебе всего одно ухо, — произнес Август сквозь зубы. Нехорошо так произнес, угрожающим тоном. Веко у него слегка дрогнуло.

Впрочем, репортер никак не отреагировал на слова виконта, а вот Хельга обратила внимание на ухо бульварного писаки, на котором недоставало верхней части ушной раковины, и которое он тщетно пытался скрыть под кепкой, что носили все работяги на заводе.

Пострадавший мальчишка снова дёрнулся и потянулся к железке, которая торчала из его бедра. Август не дал ему этого сделать.

— Майкл, ведь так? Теперь ты держи ему руки, чтобы не случилось, он не должен не прикасаться и тем более вытаскивать железо в ноге, понял? — тон лекаря переходил из наставительно-просящего в приказной. Хельга ничего не могла с этим поделать.

Репортёр кивнул, мол всё понял. Мальчику в данный момент она ничем не могла помочь. По крайней мере пока у неё не появится необходимые инструменты.

— Август, — теперь она переключилась на виконта. — Где ваш там самый важный сэр? — и не дожидаясь ни ответа, или кивка, сама рванула к мужчине, который сидел, облокотившись на колесо большой паромашины.

Цвет кожи у него приобрёл бледно-серый оттенок, но не от потери крови. Взрослый мужчина испытывал испуг, граничащей с ужасом, сжимал кисть руки, на которой не доставало трех пальцев. Глаза его были закрыты, рядом на металлической плитке расползалось пятно из не переваренного завтрака высокородного господина.

— Протяните руку, мне нужно осмотреть и обработать раны, — произнесла целительница, но пациент никак не отреагировал, продолжая сидеть с закрытыми глазами, что-то бубнить себе под нос. Кажется, это была молитва.

— Что, Августа, опять мы вернулись к нашему разговору — что есть грязь из людей и те, кто является честью и совестью государства? Так по-вашему выглядит в честь и совесть Аркрума, которую нужно было спасать в первую очередь? Дрожит как серая мышь, ой он еще и нагадил. Девушка кивнула на мокрое галифе офицера.

Тому кажется было всё равно, что сейчас говорили о нём, может, был просто в шоке и не слышал слов целительницы. Девушка с силой перехватила раненую руку сэра Оливера. Тот потянул было её назад и даже приоткрыл глаза, но Хельга освежила его рассудок хлесткой пощечиной, желая привести в чувства.

— Не мешай мне, я стараюсь помочь! — произнесла она, показывая серьёзным тоном, что её терпение весьма небезгранично. — Не мешай мне делать свою работу! Будешь упираться и через три дня лишишься кисти руки, через неделю заработаешь заражение крови — тогда в твоём замке заиграет музыка, но ты уже не услышишь её.

Что именно отрезвляюще подействовало на высокородного сэра и рыцаря Короны Её Величества, осталось загадкой. Может быть пощёчина, или тяжёлый взгляд целительницы, или слова о том, что костлявая назначила ему свидание — в любом случае он протянул дрожавшую искалеченную руку и тихо заплакал, пряча лицо в локтевой сгиб мундира.