Книга Алхимик из Леоса, страница 60 – Елена Баукина

— Ты не слышишь меня, не слушаешь и ничего не знаешь?! Отвратительно глупо, юная леди, вам не кажется?

Сандрин оторвалась от разглядывания жемчуга и надула губу. Чувствовать себя дурой ей совсем не нравилось:

— Ну и не знаю, что с того?

Лицо у Мишеля слегка позеленело, он поджал губы:

— Ты должна знать, кто и на что способен. Маги, которые служат Свету, живут во благо других, не причиняют зла, не ищут выгоды, защищают слабых. Ты готова жить во имя добрых дел, защищать этот мир от чёрных чар, не прося ничего взамен?

Мишель снова замолчал и, грозно взирая на ученицу, ждал ответа.

Сандрин снова оторвала взгляд от ларца и зевнув ответила:

— Да-да, готова…

Господин Горознай, похоже, не обрадовался и этому ответу. Он нервно затеребил несчастный, скомканный неоднократно шёлковый платок и дёрнул лямки на вороте серой, расшитой голубой нитью рубахи. Но всё-таки продолжил:

— Делать добро не так просто. Многие самоуверенные гордецы свернули с этого пути, нарушили клятвы и обеты. Жить для себя — легче, делать зло — легче, любить лишь себя — легче. Ты понимаешь меня?

Сандрин совсем не нравился, как ей казалось, этот глупый разговор. Она убрала волнистую прядь светлых волос за ухо, повернулась к учителю лицом и прищурилась.

— Вы считаете меня злой, господин Горознай?

Мишель вытянул шею, пытаясь выглядеть как можно суровей и значительней:

— Нет, всего лишь врединой, которая не хочет меня слушать!

Ласточка сделала на лице серьезную гримасу, передразнивая учителя, свела брови к переносице маленького конопатого носа, вытянула губы в трубочку.

— Ах да, я издеваюсь над няней Мирабель, сестрой, всё время где-то исчезаю и заставляю мастера алхимии заниматься всякой ерундой… Это плохо! Просто возмутительно! Непостижимо!

— Это глупости! — Мишель на мгновение невольно улыбнулся, но, чтобы не подаваться на провокации и очарованию Ласточки, отвернулся в сторону и снова сделал серьёзное выражение лица. Юная леди улыбку заметить успела.

— Что ты слышала о Королевском магистрате?

Сандрин сморщила лоб, прищурила один глаз, пытаясь вспомнить. Она слышала много сплетен по поводу магистрата и его служителей. Отец часто бранил магистрат и все, что с ним связано.

— Немного, — ответила она.

— Что именно? — не отставал учитель.

— В магистрат входят лучшие волшебники и алхимики. Многие из них лжецы и мошенники. Вы тоже, мастер Горознай, когда-то входили в их число.

Мишель вытаращил глаза, не веря своим эльфийским ушам:

— Я?!

— Да, мастер Горознай, именно так. Вас считали лжецом и мошенником много лет. Говорили, что в магистрат вы попали благодаря каким-то родственным связям. И даже ходил слух о том, что Великий магистр был вашим любовником. Вот! — почти с ликованием выдала Сандрин.

Мишель замер и побледнел, платок выпал из его пальцев и спланировал на пол. Сандрин продолжила*

— Об этом говорит пол-замка Кордейн, а особенно — моя няня Мирабель. Но все же я думаю, это ложь и непроверенные слухи. Мой отец рассказывал, что вы изобрели несколько прекрасных рецептов, которые вошли в историю и известны даже за пределами Левсонии. Это значит, вы не лжец и не мошенник. И чтобы стать мастером алхимии вам совсем не обязательно быть любовником Великого магистра.

Острые уши Мишеля порозовели:

— О, Сцина, дай мне терпения! Что за чушь ты говоришь, Сандрин? — прошипел он, сжав зубы и сдерживая себя всеми силами. Ему ужасно хотелось отшлёпать несносную девчонку.