Книга Алхимик из Леоса, страница 39 – Елена Баукина

Сандрин удивилась. Чем она, её брат-балбес Артур и особенно воображала-задавака Анна могут помочь мастеру Горознаю?

— Он и слушать меня не станет! Граф Эдвард раздражается от одного только слова «магия». К счастью, он не знает о том, что алхимики тоже в какой-то степени волшебники. Не представляю, что мне делать? Политика и наука — несовместимые вещи. Учёный-политик — это то же самое, что быстро скачущая по степи черепаха или летающий камень. — Мишель вскинул руки кверху изображая полёт каменной глыбы.

Комиссар ухмыльнулся и погрозил пальцем:

— Не скромничай, хитрец эдакий! Поговори с графом в удобный для этого момент. Ты умеешь убеждать. Я-то знаю!

Сандрин внимательно слушала разговор учителя с человеком из зеркала. Ей всё это казалось сказочной историей из книжки, которую ей читала раньше на ночь няня Мирабель. Ноги затекли и стали подкашиваться, к тому же от пыли невыносимо засвербело в носу. Она тёрла переносицу и боялась чихнуть.

— Шевели мозгами, юноша!

— Я только этим и занимаюсь. Попробуй я ими не шевелить, что бы вы со мной сделали…

— Апчхи! — раздался звонкий звук из-за шкафа.

Мишель резко встал с места. Феи спрятались за его плечами.

— Горознай, нас, кажется, кто-то подслушивает! — воскликнул комиссар Робин из зеркала.

— Сандрин! — воскликнул алхимик. — О, Сцина, какой же я растяпа! Как ты попала сюда? Ты всё слышала?

Из-за шкафа вышла светловолосая конопатая девочка в странных сапогах. Её щеки горели от стыда. Мишель загородил от неё зеркало спиной.

— Так… Горознай, кого ты там прячешь? — заинтересовался человек из зеркала.

— Это моя ученица Сандрин, дочь леди Аделины и графа Эдварда. Она случайно подслушала… — Алхимик с сожалением посмотрел на юную леди. Ему совсем не хотелось впутывать её в эти опасные игры. Он медленно отодвинулся от зеркала.

— Мой отец выслушает господина Горозная, он верный друг барона Григатена и верный слуга короля. Правда, немного вспыльчив, — обратилась Сандрин к Робину, пожав плечами.

Лицо комиссара оживилось:

— Славно! Жаль, что Сандрин не маг, как её мать леди Аделина. Очень жаль…

Сандрин гордо встала напротив зеркала:

— Клянусь честью, сэр Робин, если бы я умела хоть толику того, что могла моя мать, чернокнижник Себастьян Рамерсет даже пальцем не посмел бы тронуть господина Горозная. Правда, мне никто и никогда не рассказывал, что она умела. Лишь упоминают о том, что она была знаменитой волшебницей.

— Сандрин, что ты говоришь! — всплеснул руками алхимик и начал сигналить жестами, чтобы она придержала язык.

Лицо в зеркале оскалилось в улыбке:

— Юная леди храбра как львица.

— Не львица — Ласточка. Меня с детства все называют Ласточкой.

Феи хором восхищённо пропищали «А-а-ах!» и закружились над головой девочки.

— Юная леди Ласточка! — посмеялся комиссар. — Ну, развлекайся дальше, учитель Горознай, а мне пора, к тому же, действие волшебного порошка заканчивается. До встречи!

— Надеюсь, не до скорой! — проворчал под нос Мишель.

Лицо в зеркале помутнело, а потом и вовсе исчезло. Мишель Горознай накрыл зеркало тряпкой и повернулся к Сандрин:

— Итак… — вступление не обещало ничего хорошего. — Как ты пробралась сюда? Кто тебе позволил? Сумасшедшая девчонка! — злился полуэльф и сильно краснел.

— Ха, кто мне позволит?! — девочка приподняла тёмные дугообразные брови и невинно посмотрела на мэтра. — Просто мне стало интересно, что вы тут делаете. А что, и посмотреть нельзя?