Онлайн книга «Огни Вавилон-Прайм»
|
Она недоверчиво хмыкнула, я вздохнул: — Только обстоятельства, как видишь, нихрена не такие. Если честно, вообще какие-то дерьмовые обстоятельства. Я ничего не помню, понимаешь? Точнее, помню с того момента, как открыл глаза в этой вот комнате. Я чёрт знает где, ты вколола мне наркоту, я помню только своё имя – теперь ещё и эти твои заветники или как их там. Просто – подожди. — И что мне подождать? – со скепсисом спросила девушка. Снова сердито скрестила на груди руки. Зато – уселась на диван, сложила ногу на ногу. – Пока твоя амнезия пройдёт? Ты, похоже, ещё до астина чем-то упоролся. И крепко, раз тебе память отшибло. — А куда ты собралась? У тебя в соседней комнате пулемёт? Заберёшь, и пойдёшь Пророка в коленно-локтевую ставить? — Ага, только это он поставил нас всех. И очень скоро крепко так поимеет, - Аиша вздохнула. – Но ты прав, идти мне некуда. И я даже боюсь представить, что сейчас творится на улицах. — Объясни мне нормально, что происходит. Кто такой этот Пророк, чего он хочет? Мы что, реально должны сложить ручки и спокойно ждать, когда нас прикончат? — Ты правда не понимаешь? – девушка выжидающе на меня уставилась. Будто ждала, что я улыбнусь и закричу: «Вы попали в программу Розыгрыш на Первом!». Я молчал. – Великозаветники – это религиозные фанатики. Радикалы, террористы. Ну, точнее, всё немного сложнее... Ладно! Аиша резко встала, пробурчала: — Хотел послушать – слушай! И, сложив за спиной руки, принялась вышагивать из стороны в сторону. — Был в истории Тэрры – уж родину человечества-то ты знаешь? – период, когда негроидов, что в культурном и хозяйственном развитии значительно отстали от европеоидов, насильно перевозили на другой континент в качестве рабов. И их первобытные по сути верования сплелись с принесённым белыми христианством. Это породило новую, очень самобытную религию – вуду, или же вооду, бооду, есть разные варианты названий. Говорила девушка немного высокомерным менторским тоном, искоса поглядывая на меня. Я, кажется, немножко офигевал, и она это видела. — На почву из католицизма и протестантизма легли верования в магию, духов, и смесь в итоге вышла необычная, - размеренно продолжила девушка. – Вуду – не единственный пример чего-то подобного. У славян, например, язычество тесно сплелось с православием. Ты понимаешь, о чем я говорю? Я хмыкнул: — Серьёзно? Ты хотела отделаться от вопросов, задавив интеллектом? Аиша заметно смутилась. Нет, я далеко не знаток религий. Только она говорит о чём-то, что для неё явно седая, нафиг никому не нужная древность. А для меня – вовсе не что-то элитарное. — Ладно, про вуду мне особо нечего сказать. Ну, куклы там и втыкание в них иголок, колдуны всякие, зомби... А славяне – это просто. Образ Перуна, например, повлиял на православного Илью Пророка. И всякие языческие праздники типа Ивана-Купалы и Масленицы тоже сохранились, потеряв религиозное значение, - не удержавшись, я широко улыбнулся. – Ну как, съела? — Угу, - буркнула девушка, покраснев, и уселась обратно на диван. – Откуда ты знаешь? Я этому пять лет училась, между прочим... Я пожал плечами: — Понятия не имею. У меня, если ты не забыла, амнезия. Или что-то типа того. Да уж, я точно не доктор, в этом можно не сомневаться. А вот ты – историк что ли? |