Книга Сабатон. Системный приручитель 4, страница 45 – Артем Сластин, Алексей Пислегин

Жаль только, отдельную ячейку под новый навык не выделила, сунула в одну из двух свободных. Значит — хрен мне, а не рывок. Осталось одно место, и заполню я его альфа-телепатией. Это не обсуждается.

Марина с её соблазнением мне теперь не страшна. Навыки приручителя должны усилиться — они ведь ментальные, как я понимаю. Как и голос лидера.

Хреново только, что через минуту меня свалит от боли. Это нефигово так осложнит диалог с высшей кошачьей сущностью.

— Ты лишил меня последователей в этом мире, человек, — раздался в моей голове холодный голос. Злости в нём не было — только холод. Абсолютный космический холод, не осквернявшийся ни единым фотоном, ни единой каплей тепла со времён зарождения вселенной.

— Мне… — хрипло выдавил я. Воздух словно загустел, проталкивался через горло с усилием. И — это взбесило, придало сил. Как бы то ни было, я не буду при этой чёрной твари раболепствовать и блеять, как перепуганный школьник. — Мне не по пути с теми, кто поддерживает рабство.

Сказать это ровно и без запинки было охренеть, как сложно.

Но — я справился.

— Рабство, — отозвалось в голове. — Мне плевать на рабов и на рабство. Мне плевать на тех, кто живёт в слабости. Я — покровитель сильных. Ты ещё поймёшь, какой ошибкой было выбирать Тёплую Мать. И кому покровительствует она. Спроси у Мурчащего, почему его прозвали Безумцем. Он расскажет.

Ладно. Он пришёл, он ведёт диалог, а не потрошит меня за проявленное неуважение. В целом — дела не так плохи.

Мне, собственно, плевать на Чёрную Тень так же, как ему плевать на рабов. А значит — это я нужен ему. Зачем? Послушаю. Фигли мне ещё делать. Отказать ему я вряд ли смогу. А вот поторговаться… Посмотрим.

— Моё влияние на этот мир сохраняется, пока живы мийю здесь, — продолжил Тень. — И не важно, кому они поклоняются. И кому служат. Хоть своему вождю, хоть человеку. Я не могу знать, попадут ли сюда ещё мийю, этим ведает лишь Система. А значит, пока этот мир не откроется для остальной вселенной — за мийю здесь будешь отвечать ты.

И сказать бы, что без меня меня женили, но… По сути-то, ничего для меня не изменилось. Я сделал выживших мийю своими — значит, один чёрт уже принял за них ответственность.

Русские своих не бросают. Если свои — это коты-иномирцы, то так тому и быть.

Жаль только, ответить я кошачьему богу не успел. Боль пришло внезапно, раскалённым штырём вонзилась мне в темечко — и разом вскипятила мозг. Во всяком случае, ощущалось принятие нового навыка моим телом именно так.

Я захрипел и рухнул в мокрую траву. Здесь уже закончились границы моего терпения, устоять было просто нереально. Хрипя, я обхватил руками готовую взорваться от боли башку и свернулся в позу эмбриона.

Будто этого было мало — давление ауры Тени усилилось. Я ничего не видел, ничего не слышал — но я готов поклясться, что он подошёл ближе и встал надо мной.

— Так то лучше, — раздалось в голове. — Запомни это, Сабатон. Так встречают бога.

Ублюдок…

Я запомню. Запомню обязательно. Коли уж я теперь знаю, что мой срок уже не ограничен длиной обычной человеческой жизнью, я это воспоминание пронесу с собой через тысячелетия.

Только Тени итог нифига не понравится.

— Вот моё слово тебе, Сабатон.

[ Получено божественное задание:

Хранитель народа мийю