Книга Сабатон. Системный приручитель 3, страница 68 – Артем Сластин, Алексей Пислегин

Что поделать, тут я ничем не могу помочь. Осенью им станет попроще. Буран вон тоже страдает, дышит часто-часто, высунув язык наружу. Можно было оставить их в избушке, конечно, но я решил проверить своих хвостатых в бою.

Илье на его вопрос о моих планах на сегодня так и ответил:

— Питомцев иду выгуливать. Подышим свежим воздухом, кусты пометим, пикничок на опушке устроим.

— Пакетики взять не забудь, — хмыкнул парень. — А то, мало ли.

Сегодня утром я после зарядки и завтрака выдал ребятам указания на день и свалил в рейд с Милой, Ручейком и Бураном. Я с собой не стал брать ни щит, ни копьё, в отличии от Ручейка. И заставил страдающих от жары котов отказаться от плащей.

Первой остановкой был труп медведицы — до него мы добрались без приключений.

Разогнали облепивших раздувшуюся тушу ворон-переростков: птицы были раза в три больше нормы. Хорошо, не напали. Их десятка два собралось, отмахаться было бы непросто. Вряд ли бы они нас убили, конечно, но проблем бы доставили немало. Не дай бог, глаз бы кому-то выклюнули. Или обгадили бы нас из вредности.

Вороны с недовольным карканьем разлетелись — чтобы рассесться на ближайших деревьях и мрачно следить за нами. Зато, остались целые тучи мух.

Я по итогу ни медвежью тушу, ни волчьи не тронул — падальщики их неплохо объели, но останки всё ещё зверски смердели и привлекали насекомых. Таскать их с собой мне не хотелось.

У медведицы ещё и желудок от газов, выделившихся при разложении, раздулся в огромный склизкий пузырь. В такую жару он может и взорваться, забрызгав вонючими потрохами всю округу.

Мы с кошаками просто собрали кости мутантов и спешно свалили от греха подальше.

Вороны с карканьем вернулись за нашими спинами к прерванному пиршеству, а я очень жалел, что у меня мало патронов для обреза. Собственно, два в стволе и один в кармане.

Уверен, с каждой птички выпало бы две-три эски, а при их большом количестве это довольно приличный навар, между прочим.

Двинули в сторону портала в кошачий осколок. Как я и хотел, только для разведки. Мила мне объяснила, что их группу ещё до конца завтрашнего дня не потеряют, а уже после отправят новую экспедицию. Вот её мы обязательно перехватим, но план я окончательно обкатаю, когда осмотрю местность.

По дороге мы снова видели огромных маралов: взрослую самку с тёлкой и двумя маленькими телятами. Ветер дул нам в спины, они нас заметили — и стремительно унеслись, показав просто невероятную скорость.

На таких только из засады охотиться. Ну, или самцов загонять к лесу — они между деревьями со своими огромными рогами никак не протиснутся, будут в ловушке.

Помню, как маленькой Юле объяснял нашу местную терминологию, с которой сам удивлялся в детстве. Маралы — это олени. Но взрослых самцов при этом называют козлами, а взрослых самок… Нет, не козами и даже не козлихами — важенками. Молодые самки, ещё не приносившие потомство — тёлки, как у коров.

А ответ, почему говорят именно так — это один из универсальных ответов на всё, что угодно: так исторически сложилось. По крайней мере, лучше, чем «согласно пророчеству».

Второй нашей с питомцами задачей было посетить по дороге ближайший солонец. Он как раз в нужной стороне был. На глухаря мы наткнулись аккурат в паре километров от цели.