Книга Сабатон. Системный приручитель 3, страница 64 – Артем Сластин, Алексей Пислегин

Сверху прошил всё сложенной втрое тканью (получил, располосовав одну из спецовок, висящих тут же, на вешалке). Проволокой подшил лямки к раме, проволокой же укрепил сами лямки — и тоже обшил тканью, чтобы металл не давил на кожу через одежду.

К раме у спины приварил арматуру, окружив по итогу рюкзак металлической конструкцией в виде граней куба. Точнее — половины куба. Снизу приладил сетку — туда можно набросать что-нибудь по мелочи.

По бокам сделал для жёсткости перекладины, на них приварил крючки. Тоже могут пригодиться, чтобы подвесить что-то полезное. В итоге вышло: внутренняя часть рамы мягкая, она прилегает к спине. На внешнюю вешается на крючки щит — на верхнюю и нижнюю перекладины.

Для коридоров станции переноска на спине не подходит, конечно. Снимать долго, а щит всегда должен быть под рукой. А вот по пути к городу, на открытом пространстве, пригодится.

Матвей надел рюкзак, поставил щит вертикально на пол. Несколько раз с грохотом его уронил — хорошо хоть, не на себя. Наконец, приловчился подцеплять крючки рамой рюкзака. Встал с этой неподъёмной бандурой на спине, походил туда-сюда.

Тяжко, конечно, но вполне по силам. Он не офисный планктон, всё-таки, а лётчик и космонавт. Вот таскать щит только в левой руке тяжко будет.

Матвей присел, услышав, как нижняя грань щита долбанулась об пол. Нырком снять крючки и стремительно развернуться, схватившись за ручки павезы, получилось с первой попытки.

Ну, не так плохо.

Да, щит получился неуклюжий. Матвей уже представлял, как будет проклинать сам себя за то, что сделал такую неподъёмную конструкцию, таская с собой, но при этом понимал — скорее всего, она спасёт ему жизнь.

В условиях узких коридоров станции — практически стопроцентно.

Под конец, как и арбалет, Матвей покрыл всю конструкцию краской. Подхватил, поставил вертикально. С грохотом раскрыл две подпорки, выбив их ногой — и щит встал, как влитой. Теперь, чтобы его опрокинуть, понадобятся значительные усилия, особенно учитывая торчащие наружу многочисленные шипы.

Зашёл за щит, упёрся плечом, выставил лом в правое отверстие и нанёс несколько колющих ударов, лязгая металлом по металлу. Почувствовал себя легионером в древнеримской манипуле и улыбнулся.

На сегодня план он выполнил, ещё и, как положено любому настоящему мужчине — подумал о Древнем Риме. Трижды.

Смущало одно: станция будто вымерла. За день Матвей не раз очень сильно шумел, но ему лишь раз пришлось замереть, услышав, как где-то в глубине здания с воем и топотом пронеслась целая стая мутантов. К его укрытию они не приближались, быстро скрылись где-то в коридорах.

И несколько раз вдали снова раздавались могучие удары, от которых по полу и стенам проходила вибрация. Что это за кинг-конг там воевал, даже думать не хотелось.

А за делами, по ощущениям, аккурат закончился третий день. Матвей поел, задумчиво глядя на арбалет и щит. Завтра его ждёт новое путешествие по коридорам, там же будет шанс опробовать обновки.

Паршиво то, что он не особо готов встречаться сразу с целыми толпами тварей — а недавний шум отлично показал, что они держатся вместе. Ему по силам бить одиночек, максимум — пары, и то только с удачной позиции.

Хотя…

Закончив с ужином, Матвей из арматур наварил так называемый чеснок — острых металлических ёжиков, ещё одно изобретение Средневековья. За каждого из сделанных двух десятков получил по единичке опыта.