Книга Сабатон. Системный приручитель 2, страница 31 – Артем Сластин, Алексей Пислегин

— Верно. Давай-ка теперь ногу твою посмотрим. И, раз уж ты в баню не пошла — сменим повязку, промоем рану и всё вокруг от этой вонючей дряни оботрём.

— Может, ты перестанешь называть меня вонючей? — надо же, в голосе за наигранной обидой прозвенела сталь.

— Это, Лена — медицинский факт. Вот детокс закончится, и ты будешь свежей, благоухающей — и далее по списку нравящихся тебе эпитетов. А пока что есть, то есть.

— Ладно, сладкоголосый дьявол, — буркнула она. — Пока что ты выкрутился, но я всё запомнила. Просто имей в виду.

— Хорошо.

Её нога выглядела гораздо лучше. Опухоль сошла полностью, ранки от укуса затянуло коростами, чернота пропала совсем, развалившись на множество разноцветных синяков.

Я аккуратно протёр бедро марлей с хлоргексидином, собрав липкий химический пот — он осел на кусочке белого бинта грязными жёлтыми разводами.

Укус снова залепил — пусть будет закрыт, чтобы никакая дрянь не попала. Но, в общем и целом, Сметана явно выздоравливает, навык и поднятая до максимума выносливость порешали. Слабость, видимо — побочный эффект от её исцеления, организм все ресурсы пустил на борьбу с ядом.

— Ладно, — я поправил подол её юбки, спрятав от глаз стройную ногу. — У меня есть разговор. Что ты можешь сказать про Шенга? Честно, я не очень-то раскусил этого парня. Он спокойный, может сохранять хладнокровие, когда надо. Но, интерес к прокачке у него какой-то слишком нездоровый, даже детский, блин. Как у четырнадцатилетнего пацана восторженного. Ну и, честно — мне кажется, парень не очень умён.

Дверь была закрыта, парни нас услышать никак не могли, так что все свои мысли я вывалил прямым текстом.

— Миншенг не глупый, ты не прав. Близнецы… Ну, будем честны — они оба не от мира сего немного. Просто по разному. Я так поняла, у них какие-то проблемы с отцом, очень строгое воспитание. Ну и — это его последствия. Мэй закрытая, неразговорчивая. Шенг — наивный и добрый, наоборот очень контактный. Но, чувствую, всё это только на поверхности, а что там внутри надо долго и осторожно выяснять.

— Мы сегодня больше четырёх эссенций разом не принимали. Шенг предложил попробовать увеличить дозу, вызвался добровольцем. Скажу сразу — я думаю согласиться. Это опасно, но, если всё получится — нам станет в разы проще качаться. Просто, я боюсь, что парню, когда станет реально плохо, сорвёт крышу, и мы получим истерику или ещё что похуже. Ты сама знаешь, что процесс прокачки очень неприятный.

— Нет, не думаю, что будут проблемы. Шенг… Он справится, я уверена. Ты заметил, какой он сильный? Парень спортивный, здоровый. И, как мне кажется, у него есть стержень. Просто, не все готовы это разглядеть за крашенными волосами и детским смазливым личиком. Я вижу, что ты доверяешь Мэй. Доверься и её брату.

Я хмыкнул:

— Он, кстати, хотел, чтобы сестра ничего про наш эксперимент не знала. По правде сказать, не думаю, что он боится Мэй. Скорее, не хочет, чтобы она переживала. Ну и, спорить с ней он не очень готов.

— Значит, Шенг сильно удивится. Не думаю, что Мэйсян будет против.

— Вот и посмотрим.

Девушки из предбанника к нам вышли раскрасневшиеся и довольные. Просто Шенг, получив полное одобрение остальной группы, заранее подкинул вторую порцию дров, и в бане сейчас жара, каменка раскалена, а вода в баке над печью кипит.