Книга Сабатон. Системный приручитель 2, страница 21 – Артем Сластин, Алексей Пислегин

Значит — надо быть осторожным вдвойне, не натворить из-за азарта и исследовательского любопытства ошибок. Тем более, нож — не кайло, мне с ним будет чуть сложнее убивать тварюшек в рукопашной.

— Чайник вроде не выключил, — хмыкнул Илья. — Отменяем всё?

— Погнали!

Я сбросил с двери засов — и от души вмазал по толстым доскам ногой. Дверь смачно впечаталась во что-то мягкое, я с удовлетворением ощутил вялое сопротивление…

Начали!

Сектора мы распределили сразу. На мне — ближний, на Илье — дальше крыльца. Тварей, решивших сторожить дверь, было не так много, остальные, видимо, по территории разбрелись.

Мой обрез грянул первым, снёс с крыльца полдесятка грызунов, разметав их кровавыми брызгами. Особенно глаз порадовали ещё летящие полёвки, припечатанные дверью.

Грохот выстрела в маленьком помещении неприятно ударил по ушам, ноздри защекотал запах пороха. Я не медлил, долбанул из второго ствола — как раз когда Илья разрядил первый.

Я дождался его выстрела, оценивая ситуацию.

В целом, как Юля и Шенг тоже отстреляются, можно будет выходить: тварюшек мало, по ним стрелять — только переводить патроны. Если снова хлынут толпой, просто отступим.

Мы с Ильёй скрылись — выскочила вторая группа. Я перезарядился, с удовольствием слушая, как Юля и Шенг синхронно стреляют, освобождая пространство перед домом.

А вот Илья перезарядиться не успевал — опыта пока нет, ещё и руки от волнения ходуном ходят.

— Мэй, твой выход!

Юля и Шенг отступили и, пока Илья заканчивал, Мэй успела выстрелить дважды. Надеюсь, каждым патроном она хотя бы по две-три тварюшки вынесет. У калибра 5.45 не самая высокая пробивная способность, но и полёвки-переростки один фиг не ахти какие большие.

— Мы пошли!

Ну вот, а зверюшки-то подтягиваются — серый поток хлынул к двери с обеих сторон от дома.

— Илья, правый сектор!

У крыльца пока было свободно, так что нет смысла на ближних-дальних распределяться. Мы отстрелялись, ушли в укрытия — и загрохотали выстрелы Юли и Шенга.

Ох, тает боезапас, тает… Аж сердце кровью обливается.

Илья в этот раз справился вовремя — и мы выдали два синхронных залпа. Я успел заметить, что полёвки подобрались для прыжка. Если позволим — влетят в открытую дверь.

Фигли делать — я метнулся и, ухватив пальцами ручку, с громким хлопком захлопнул дверь. Секунда — и тушки полёвок интенсивно заколотили по дереву.

Выкусите!

Дышать стало тяжело от пороховых газов: в носу резало, хотелось чихать, а на глаза сами собой наворачивались слёзы. Это ничего, игольчатым мутантам ещё хуже.

— Открою дверь — вторая группа работает!

Сильнее меня пинок всё равно никто не отвесит. Я снова вмазал берцем в дверь и ушёл в сторону — перезаряжаться. Бах! Бах! Смена!

Чёрт, перед домом всё в разорванных тушках… И новых полёвок всё меньше — основная масса уже подтянулась на шум. Без ружей нам бы пришлось тяжко, а так — детские игры.

— Выходим! — рявкнул я. Дальше тянуть нет смысла — высадим весь боезапас.

Я выскочил первым, выстрелив в ближайшее скопление тварей. Илья рванул следом, грохнуло по ушам его ружьё. Ещё два выстрела — и мы разрядились, но зато разбили полёвок на небольшие группы.

— Вторые, стреляйте в скопления!

Мы с Ильёй разошлись в стороны, не сходя с крыльца, наружу протиснулись Шенг и Юля — и их четыре выстрела окончательно разметали ряды тварей.