Книга Сабатон. Системный приручитель 2, страница 119 – Артем Сластин, Алексей Пислегин

Второй день прихода Системы закончился. Я, как заправский воспитатель в детском саду, укладывал ребятишек спать.

Да, прикинув все за и против, я решил, что оставаться у терминала — паршивая идея. Погода портилась на глазах, небо грозило разразиться дождём — и я просто повёл ребят обратно. По пути, как я и хотел, собрали кости убитых мутантов — плоть с них как раз успела сойти.

Мы совсем чуть-чуть не успели: до дома оставалось идти минут десять, когда в лесу вдруг наступила оглушительная тишина. Та самая, что бывает только перед грозой. До заката было ещё несколько часов, а стало темно, как в сумерках.

Ну и — я погнал отряд бегом. Ещё вчера бы они такого издевательства не осилили, учитывая вес нашей поклажи, снаряжения, и ещё и кота на носилках, которого тащили Шенг и Олег. Раненый что тогда ещё не очнулся, что сейчас.

После прокачки мои ребята с внезапным марш-броском справились.

Когда вдали раскатился первый удар грома — просто оглушительный, мощный, — мы уже неслись во все лопатки к избушке. Вспышки молнии перед раскатом не было: скорее всего, ударила в соседнем осколке.

Нас ускорил ударивший в спину поднявшийся мощный ветер, от которого зашатались сосны, а траву прибило к земле. Ага, нам падения терминала вчера мало было, давайте добьём лес ураганом… Мявкнула в панике Рыжая — поднятый одним из порывов плащ забросило ей на голову, полностью перекрыв обзор.

Я выругался сквозь зубы — и просто сгрёб кошку здоровой рукой в охапку. Она дёрнулась — и резко расслабилась у меня подмышкой.

Хитрая, зараза. Один в один Юля — не зря обе рыжие.

Последние метров двести мы бежали уже под проливным дождём, под вспышки молний и оглушительные раскаты грома. Насквозь промокли просто мгновенно.

Я чуть притормозил и, повернув голову раненого на бок, накрыл его плащом целиком. Какая никакая, а защита от бьющих с неба потоков воды. Не хватало ещё, чтобы захлебнулся, так и не придя в сознание.

Когда мы пробегали по мосту, река под ногами взбесилась и поднялась выше обычного уровня чуть ли не на полметра.

— Конец огороду, — простонал Шенг рядом.

— Ничего, культиватор, поднимешь.

Я на ходу долбанул парня по плечу, и он даже не пошатнулся. Вот что прокачка животворящая делает.

В дом мы ворвались под ворчание, лай, мяуканье и вялые пошутейки. Просто цирк на выезде, блин. Сбросили снарягу, положили на печь носилки с котом и повесили в центре комнаты мой плед. Разделившись на мальчиков и девочек, переоделись и отжали мокрую одежду.

По крыше дробно колотили потоки дождя, шелестели по траве за окном. Умка шустро свалил под полати за печкой, Буран остался на стороне парней, и…

— Нет! — запищал Илья.

Куда там — поздно.

Буран хорошенько так отряхнулся, забрызгав нас пахнущими псиной холодными каплями.

— Гоу жоу… — пробурчал Шенг, отплёваваясь — ему капли залетели в рот.

— Бендан! — крикнула из-за пледа Мэй, и парень потупился. А Сметана засмеялась. Поняла, что ли? Она же по английскому препод, вроде?

— Лен, а ты китайский знаешь?

— Немного. Я же училась на факультете английского и китайского. Решила, что немецкий вторым иностранным языком мне не нужен.

— И что Миша сказал? — заинтересовалась Юля.

Лена хмыкнула:

— Собачье мясо. Собак в Китае, вообще-то, уже почти не едят, но термин этот именно в кулинарном смысле используют.