Книга Сабатон. Системный приручитель 1, страница 67 – Артем Сластин, Алексей Пислегин

— Почему по рюкзакам всегда я должен лазить? — проворчал Олег.

— Просто я уже привык, что мне ты со снарягой помогаешь. Будешь у нас завхозом, гордись.

— Понял-принял, — вздохнул негр.

Я залез в боковой карман рюкзака, достал оттуда утиный манок.

— Мэй, лови!

— Это что?

— Это — сигнал. Сейчас мы разберёмся с волками, ребятишки. А план у нас такой.

Я буквально кожей ощущал, что из глубины чащи за мной следят. Чувство чужого взгляда знакомо всем, да. Чувство, что на тебя вот-вот начнут охоту три волка-переростка — это уже экзотика. Идти на это добровольно — ещё страннее.

Минуту назад Мэй дунула в манок — со стороны их с Олегом позиции три раза донеслось утиное кряканье. Не бог весть что, а всё равно — сигнал. Бинокль я ей выдал, сейчас девушка должна высматривать среди деревьев волков.

Я шёл к лесу, держа в одной руке топорик, а в другой — тушку зайца. Первый — чтобы начать рубить берёзку для носилок. Второй — чтобы серым выйти ко мне было ещё интереснее.

Может, конечно, я усложняю, и того, что я один и без винтовки, им будет достаточно для нападения. В любом случае, если уж действовать — то наверняка.

Оставшаяся у камня троица их не должна смутить, с примеченной мной полянки Сметану и парней вообще не видно. Зато для китаянки с сайгой мы все как на ладони.

Итак, вот я и на месте. Прошёл поближе к границе чащи, потоптался у молодой берёзы: смотрите, какой я увлечённый дровосек! Как такого не сожрать? Намеренно не осматривался и вёл себя максимально беззаботно. Я — жертва. Я — цель для нападения.

Точнее, так должны решить хищники. Свою ошибку они поймут, когда будет слишком поздно.

Я отбросил тушку зайца в сторону, споро принялся рубить первую берёзку. Стук топора заглушал звуки вокруг, и это нервировало. Так не то, что крадущихся волков можно пропустить — но и сигнал Мэй.

Ладно, пора.

Я резко выпрямился, отбросил топор и схватился за сердце. Если зайца я швырнул ближе к деревьям, то топор — наоборот. Может, это чуть успокоит серых.

К тому, что придётся разыгрывать для животных сердечный приступ, жизнь меня не готовила. Главное, чтобы они поняли одно: я сейчас уязвим.

Хриплю, хватая ртом воздух, пошатываюсь. Зацепившись ногой за ногу, неловко свалился набок, дёрнулся пару раз и затих. Ясное дело, положение выбрал такое, чтобы из под опущенных ресниц можно было следить за лесом.

Когда зверюги будут рядом, Мэй снова подаст сигнал, чтобы я точно ничего не упустил.

Несколько минут пришлось лежать практически без движения, лишь время от времени дёргаясь, будто в судорогах, и тяжело дыша. Опасности я пока не видел и не слышал. Шелестел листвой ветер, пели птицы, в траве деловито суетились жуки и муравьи.

Будто и не приходила никакая Система, обычная лесная идиллия.

Волка я заметил одновременно с отдалённым сигналом манка. Зверюга выскользнул из тени, стелясь у самой земли, и неспешно двинул ко мне. Второй мелькнул слева и тут же пропал из поля зрения: обходит, гад.

Третьего я не видел, но он скорее всего справа.

Я дернулся, заставив серого замереть, распахнул глаза и уставился на него, изображая испуг. Тяжело дыша, отполз чуть назад и левой рукой рванул из ножен нож.

Правая должна быть свободна, чтобы выхватить обрез, но светить им я раньше времени не буду.