Книга Иллюзорный чемпион. Книга 6, страница 41 – Артем Сластин, Игорь Маревский

— Да? — Удивленно протянула женщина. — А мне казалось, что гражданская война была между Сун и Ян. Алексей Викторович выступал в качестве младшего партнёра из-за семейного родства с Сун, поправьте меня если не права.

— Господа, господа. — Вмешался Калинин, терпению которого постепенно приходил конец. — Давайте не будем ворошить прошлое, мы не для этого здесь собрались. На данный момент речь идёт о Лепельских. Как нам всем известно, цепные псы императора обладают абсолютной властью и представляют угрозу не только моему роду. Моя покойная супруга, да упокоит господь её душу, стала ярким примером, что император убьет всех, кто ослушается его приказов.

Что же с ней произошло? В чём она провинилась, чтобы заслужить смерть? Ладно бы понял, если бы её публично убили как мою семью, прежде клеймив государственными преступниками и предателями. Однако её зарезали как собаку и прикрыли всё вторжением массивной тени. Никаких судебных разбирательств, никакого крючкотворства, обычное, холодное, заказное убийство.

Вновь повисла тишина и кажется слова Калинина смогли слегка успокоить пыл присутствующих. Он повернул голову и обратился ко мне.

— Алексей Викторович, думаю вы уже поняли, что я вас пригласил для обсуждения весьма щепетильного вопроса. Если оставить всё как есть, то вам рано или поздно придётся вновь столкнуться с цепными псами императора. Ваш отец, да упокоит господь его душу, был хорошим человеком и прекрасно понимал, что на троне сидит кровожадный тиран. Лепельские несомненно жестокие люди и представляют опасность для нас всех, но они всего лишь орудие в руках истинного преступника и маньяка.

Ну наконец-то они перешли к делу. Я догадался об истинной цели этого собрания еще в тот момент, когда пересёк главные двери гостиницы. Главы великих родов Российской Империи собираются в каком-то клоповнике, вместо привычных особняков и вилл? Значит скрываются, а от кого? Ответ напрашивался сам собой. Я конечно мог встать, развернуться и уйти, прекрасно понимая, что никакие относительные слова всё еще не были произнесены и в случае чего, меня никто не станет слушать.

Однако с другой стороны, мне выдалась возможность обзавестись пускай и сомнительными, но всё же союзниками, которых связывала общая цель. Нельзя доверять ни единому слову этих людей. Насколько мне известно, каждый из них был готов предать товарища рядом, и я всё еще не исключал факта, что меня попросту пытаются использовать.

— Михаил Фёдорович, уважаемые патриархи. — Обратился ко всем. — Я понимаю ваше опасение, но признаться, всё еще не вижу, как эта ситуация может коснуться меня. В отличие от вас, я представитель трона Китайской Империи и каждое моё действие будет рассматриваться под призмой международной политики. Я сочувствую вашей утрате, Михаил Фёдорович и от всего сердца надеюсь, что вы найдете спокойствие и долгожданную месть, однако не вижу будущего для моей династии в вашем плане.

Волков злобно нахмурился, Воронцова откинулась на спинку стула и взглядом винила Калинина, а Воробьёв? Воробьёв как обычно молчал и крутил меж пальцев правой руки настоящую монету золотого рубля.

— Вы всё еще не доверяете нам и это понятно. — Заговорил Калинин, но мы собрались не для короткого разговора и не просим открыто объявить войну Российскому трону. — Он достал из кожаной сумки толстую папку, обтянутую берестой и положив на стол, пододвинул её мне. — Всё чего мы просим, это уделить несколько минут вашего времени. Я не просто так сказал ранее, что время будет потрачено не зря. — Он заметил мой заинтересованный взгляд и пододвинул папку еще ближе, добавил. — Пожалуйста, ознакомьтесь с содержимым.