Книга Слой Первый. Книга 1, страница 29 – ПолуЁж

Себия подняла бровь, слегка наклонив голову.

— А ты прям сама заботушка сегодня. Что это так разошёлся?

— С блохастых десяток элек выпало, не меньше. Хороший навар. Давно такие не попадались, видать совсем издалека. Грех такому расстраиваться. Непонятно правда, что их согнало со своего места, не припомню кочевников среди мохнатых.

С этими словами все двинулись к выходу, а я последовал за ними, ощущая на языке новое слово. Эльки. При этом чувствуя, как напряжение постепенно спадает, но одновременно растёт чувство, что это место готовит ещё больше сюрпризов.

За дверью нас встретил тяжёлый воздух, пахнущий пылью, порохом и кровью. Прешбург жил своей жизнью, несмотря на прошедшее сражение и мне предстояло понять, как выжить в этом городе.

Улица была завалена трупами антропоморфных животных, которых здесь называли мохнатыми за дело. Кого тут только не было, кошки, лисы, псы, волки. Сплошные хищники, переродившиеся в почти людей, но невероятно сильно отличавшимися от нас именно головами.

Серьёзного погрома они не успели устроить — пара зданий осталась без дверей и окон, а несколько человеческих тел, утыканных стрелами и, похоже, выбежавших на шум из своих домов, валялись посреди улицы.

Трупы врагов, складывали на невысокую телегу и несколько мужиков, впрягшись, увозили ее куда-то за город, видимо хоронить. Луки и копья, ломались прямо тут, и если железо еще забирали, то дерево особой ценности не представляло.

— Это не местные, совсем дикие. — сказал Рик, сплюнув на ближайший труп ферала. — С местными у нас договор. Да и не стали бы они убивать, так, мордобой иногда, не больше. Ого, вот это натюрморт!

Я огляделся внимательнее и увидел картину, которая произвела на меня неизгладимое впечатление — у бревна, который держал крышу колодца стоял торговец водой. Не живой. Совершенно. Толстое копье залетело ему прямо в рот, пробив насквозь, пришпилив к столбу.

— Вот Марич, всё время как говно себя ведет! Даже сдох, как мудло. Но красиво, красиво, конечно. — Рик, абсолютно не расстроенный смертью знакомого, потащил меня дальше. Сабия же, не попрощавшись, ушла чуть в сторону с Горычем.

— Рик, а Горыч, кто такой?

— А, он наш главный вояка, собственно, и единственный. По привычке руководит ополчением, всех задалбывает: то тренировки устроит, то учения. Беспокойный человек, видимо, войны ему мало было. Пойдём, лучше с мэром тебя познакомлю, — сказал Рик, отвлекая меня от кровавого зрелища.

Вид крови, кишок, оторванных конечностей и прочего «добра» во мне особого отклика не вызывал и это казалось мне странным — обычные люди реагируют на такое не очень положительно.

Мы направились обратно к зданию канцелярии, где стояла только подошедшая небольшая группа людей, среди которых была и Себия. Она что-то тихонько рассказывала высокому худощавому мужчине в сером плаще, который, казалось, пережил все местные бури и песчаные штормы. Плащ был жестко потрёпан, края истёрлись, как минимум в десятке мест были видны швы разноцветных ниток, но по-прежнему защищал от ветра и знойного солнца.

Мужчина слушал её внимательно, нахмурив седые брови, время от времени кивая. Широкополая шляпа, из-под которой выбивались седые волосы, похожая на ту, что носят ковбои, скрывала его лицо в тени, не давая рассмотреть.