Книга Пехотинец Системы 7, страница 91 – ПолуЁж

— Ну, здравствуй, Кузница, — усмехнулся я, убирая гребень в инвентарь. — У папочки на тебя большие планы.

— Всё, теперь остановиться невозможно, — прошептал я, глядя на интерфейс, развернувшийся перед моим внутренним взором.

Я получил доступ.

Это не было похоже на взлом компьютерной сети или получение прав администратора. Скорее, на внезапное обретение нового органа чувств. Мир, который я до этого воспринимал глазами, ушами и кожей, внезапно раскрылся передо мной в виде бесконечного потока данных. Я чувствовал — не видел, а именно чувствовал — каждого из десятков тысяч големов, спящих в толще планеты.

Я ощущал их как свои собственные конечности, безмолвные и готовые к действию. «Гребень Кузнеца» в моем сознании развернулся не в панель с кнопками, а в интуитивное понимание, как управлять этой колоссальной силой. Древние запечатали не армию. Они запечатали саму возможность для кого-либо обладать такой властью. Они были правы. Для смертного — это яд. Но для Разрушителя… для меня… это было недостающим элементом.

— Консолидация, — прошептал я, и моя воля, усиленная Гребнем, прокатилась по планете подобно сейсмической волне.

На ментальной карте, что услужливо выстроил интерфейс, огоньки, обозначавшие отдельных големов, начали сливаться. Это не было похоже на смерть. Это было похоже на перегонку меньшего в большее. Десятки тысяч ручьев силы, опыта и мощи вливались в четырнадцать избранных мной резервуаров.

Я не просто наблюдал за ростом цифр на счетчиках. Я чувствовал, как матереют и уплотняются тела каменных исполинов, как древняя древесина пропитывается концентрированной магией земли, как серый металл меняет свою структуру на молекулярном уровне, становясь почти неразрушимым.

Уровни росли с отвратительной, пьянящей скоростью. 45, 55, 65, 75… Уменьшая количество и переводя его в нужное качество. Армия из тысяч сорокоуровневых болванчиков была мне не нужна. Мне требовался хирургический инструмент. Скальпель, способный без помех вырезать опухоль размером с бога.

Сила способная сопоставить себя со мной. И я ее получил.

Вместе с силой менялось и сознание. Планы изменились. Условия изменились. Зенва, словно толкнул лавину своим появлением и смертью, перековывая меня заново. Человек, которым я был, не просто съежился. Он растворялся, как таблетка в кислоте. Его страхи, его сомнения, его мораль — все это становилось неважными, устаревшими параметрами.

На его место приходила холодная, целеустремленная функция. Еще несколько часов назад я думал о выживании. Потом — о штурме крепостей. Теперь я мыслил в масштабах полного, безоговорочного уничтожения. Предохранители, что не давали мне сорваться в безумие, сгорели дотла, оставив лишь запах озона.

Пока вся планета работала на меня, переплавляя себя в кулак из четырнадцати титанов, в десятках других миров разверзся ад. Протокол «Пиздец», как мы с Карасом его в шутку назвали, начал работать. Повсюду, в армейских частях Баала и Троицы, в казармах паладинов Иштар, гремели взрывы, сея панику и непонимание, происходящего. Союзники, фанатично верящие в миссию Разрушителя, были везде, и как только поступил сигнал они начали действовать, отвлекая от главной задачи своими действиями. Пока это был не мятеж, пока только щелчок по носу, но это уже был показательный щелчок.