Книга Мастер Рун. Книга 11, страница 108 – Артем Сластин, ПолуЁж

— Тогда у меня всё, — я поднялся, показывая, что беседа закончена и тату было сделано. — На этом мы закончили, и больше мне нечего тебе сообщить лично, а общее мы уже всё сказали. Мы будем рады союзу и будем рады вместе сражаться против каменных стражей. Это было бы гораздо лучше, гораздо удобнее для всех нас.

В итоге рейд пришлось перенести еще на два дня, потому что Гарде нужно было передать мои слова лично тем лидерам, которые имели мнение среди Глубинщиков и могли выражать общее мнение. В то время я чуть не поругался с Клыком и со всеми остальными клыками. И если бы не клеймо, то мне бы точно устроили бунт.

— Они нам не союзники, мастер, — убеждал меня Клык. — Может быть, только партнеры по обстоятельствам. Когда обстоятельства изменятся, они первые воткнут тебе нож в спину и Гарда будет действовать в их интересах. Имей в виду всегда это, мастер.

И Рен, здесь с ним был полностью солидарен, и Горбун тоже. Пришлось показать им, что уже поздно. И я решаю, как и что дальше будет, хотя бы, по крайней мере, с теми людьми, которые подчиняются им, потому что они носят мою татуировку. К этому времени мою татуировку носило уже всё мужское население всех ближайших деревень.

Я не обошёлся только охотниками, решил, что лучше перебдеть, и теперь каждый мужчина, способный держать копьё, носил на себе моё клеймо. В общем итоге это давало мне сто сорок с небольшим человек, способных стоять в строю и чувствовать резонанс.

Рен, Дуб и Сучок были повышены мной до десятников, хотя при этом каждый командовал фактически гораздо большим количеством людей. Но в строю постоянно были только половина, остальные прошли нужный тренировочный минимум и занимались своими делами. Тем самым любое недовольство я вырезал просто на корню, к недовольству всех старейшин. Женщины здесь не считались серьезным голосом, поэтому я не стал заморачиваться и уделять время еще и им, мне было привычно что воюют и погибают мужчины, и местная парадигма семейных и внутренних отношения максимально этому способствовала.

И когда Гарда вернулась, я собрал всю группу в полном снаряжении, и мы двинулись к точке входа. Маршрут по поверхности занял всего около восьми часов. Мы шли через болото к южному краю руин, чётко по среднему ярусу деревьев, стараясь не спускаться вниз. От Кеша я тоже в итоге отказался, запретив ему двигаться с нами. Нас вела Гарда и вела нас она нас иначе, чем я планировал.

Ну, это, в принципе, было и логично в том плане, что ей, как Глубинщику, знать маршруты, входы и выходы было гораздо проще, чем нам. Тем более, что предать меня она уже не могла. Мне достаточно было просто перекинуться с ней взглядом, чтобы понять, что Артели, скорее всего, приняли мое предложение, и в ближайшее время стоит ждать людей, которые придут принести мне клятву верности.

Это значит, что после рейда придется заняться еще и этими самыми медальонами, чтобы большее количество людей смогло дойти до меня. А то, возможно, и мне придется посетить места, где живут сами Глубинщики. Но сначала рейд.

— Здесь, — сказала Гарда и полезла между двумя валунами, за которыми открылся узкий лаз, замаскированный так хорошо, что я бы прошел мимо и не заметил.

— Это дренажный канал, — пояснила Гарда, когда мы протиснулись внутрь. — Когда-то здесь была водоотводная система города, поэтому здесь узко, а сейчас сухо и не патрулируется. Глубинщики входом этим пользуются много лет, ни разу здесь не видели ни одного голема.