Книга Мастер Рун. Книга 10, страница 91 – Артем Сластин, ПолуЁж

— Да.

— Камень создаёт мост. Между тем, кем ты был, и тем, в кого он тебя поселил. Дэн говорил об этом однажды, когда был особенно плох. Говорил, что это так смешно, помнить целых два детства. Рассказывал, что первое детство было в месте, где зимой всё засыпано белым, и люди поливают блины сиропом, который собирают с деревьев, кленовым. Очень скучал поэтому. Постоянно просил у Вейранов сладкий сироп, те не понимали что ему надо.

А вот я понимал и от этого было страшно. Получается, если бы мы с Лео не слились воедино, идеально подходя друг другу как две половинки души, меня тоже ждало бы нечто страшное? Постепенная потеря разума? Биполярное расстройство? Навязчивые состояния? Я вынырнул из свои мыслей, продолжая слушать женщину.

— Он много чего говорил, я не всё поняла. Рассказывал про повозки без лошадей, которые ездят по чёрным дорогам. Про огромные дома из стекла. Про ящик, в котором показывают истории, живые картинки с людьми, которые притворяются другими людьми. Один раз он целый вечер пересказывал историю про человека, который летает в железных доспехах. Очень подробно, с именами и с шутками. Я думала, он бредит, но потом поняла, что он просто вспоминает и радуется. С ним никто не разговаривал, слугам было запрещено, поэтому он говорил с нами, как он нас называл, с куклами.

Железный человек. Тони Старк. Парень пересказывал сюжет фантастической истории кукле с пустыми глазами, не зная, что кукла запоминает каждое слово. Меня аж передёрнуло.

— Простите. — сказал я. — Мне нужна минута.

Лин Шуай молча кивнула.

Я встал с табурета, подошёл к окну, упёрся руками в подоконник. За окном темнота, где-то далеко, у загонов, мелькнул светляк и погас. Мысли метались, и я давил их, одну за другой, заставляя себя вернуться к разговору.

Минуту я простоял так, собираясь.

— Вы сказали, камень может достаться другому.

— Сядь, давай просто спокойно поговорим. Выводы и мысли будут потом.

Я сел.

— Когда камень Дэна погас и исчез, я долго думала, что произошло. Пятьдесят лет тюрьмы, мальчик, это много времени для размышлений. И вот что я поняла, вернее, предположила, камень не умирает вместе с носителем. Он уходит, чтобы найти следующего.

— Следующего кого?

— Следующего, кто способен принять Систему. Ту оболочку, которую я вижу, она не просто структура, это чужая душа, вплетённая в тело носителя. Твоя чужая душа. Душа Дэна. Камень ищет тех, кто может вместить в себя двоих.

— А если не может?

— То камень убивает. Ты ведь знаешь это. Любой, кто коснётся его без предрасположенности, умирает. Вейраны потеряли двоих рабов, когда пытались передать камень Дэна другому носителю ещё при его жизни. Оба умерли мгновенно.

— Значит, если я умру…

— Камень погаснет, исчезнет, и когда-нибудь, через год, через десять лет, через сто, окажется на шее у какого-нибудь мальчишки или девчонки, в которого вселится ещё одна чужая душа из вашего мира. Круг повторится.

Я откинулся на табурете, почувствовав, как спина упёрлась в стену. Информация давила, и давила серьёзно. Тогда, получается, что я был не прав, и Камень Бурь не сторонний артефакт, а вполне себе Системный. Или они всё это время были сообща, просто я решил их разделить, мол Система хорошая, а эти нет? Так что ли получается.

— А вторая… та женщина. Вы сказали, её увезли дальше.