Книга Мастер Рун. Книга 10, страница 42 – Артем Сластин, ПолуЁж

Вот тебе и удачный день.

Первая мысль, возникшая в голове, была совсем идиотская. А мясо не испортится, пока я тут лежу? Какие сроки их хранения в пространственном кармане рюкзака? Я даже не пробовал раньше там мясо таскать. И эти мысли водили хоровод кругами, вместо того, чтобы думать о шестерых чужаках на тропе между мной и домом. Мозг иногда выдаёт такое, что хочется постучать себе по лбу.

Я мог подождать, пока они уйдут. Мог обойти по верхнему гребню, спуститься с другой стороны долины и предупредить Цао. Это был бы разумный, осторожный, правильный план, и именно его одобрил бы Инь Син, если бы был здесь. Но Инь Сина не было, а шестеро шли прямо к долине, где находится один мастер с мальчишкой и спящей женщиной, и обходной путь занял бы часа три, может четыре по незнакомому склону.

Ещё я мог напасть. Я сильнее, плюс эффект неожиданности, да и Бабай меня поддержит. Нет, нападать на людей, о которых я ничего не знаю, просто потому что они идут по горной тропе прямиком к нам домой, это уже чересчур даже для меня.

Оставался третий вариант. Самый простой и самый глупый.

Я встал в полный рост и начал спускаться к ним. Спускался не торопясь. Копьё в правой руке, остриём вниз. Поза, которую я бы назвал, как, вооружён, но не нападаю, подходите поговорить. Левая рука свободна, на ней по-прежнему перчатка, так что щит я мог сделать моментально.

Логично, что меня заметили.

Стриженый, останавливая группу, поднял руку, а потом медленно развернулся ко мне всем корпусом. Просто встал и стал смотреть, как я спускаюсь. Лицо обветренное, загорелое до цвета глины, глаза узкие, с морщинами в углах, как у людей, привыкших щуриться на ветру. Охотник?

Я остановился метрах в десяти. Тропа здесь была достаточно широкой для двоих, и я перегородил её, встав посередине. За стриженым столпились остальные, кто-то шептался, парень-ровесник вытянул шею, пытаясь разглядеть меня из-за спин.

— Стоять, — сказал я. — Кто такие и куда?

Голос вышел ровнее, чем я ожидал. Стриженый опустил руки ладонями вперёд. Жест древний и универсальный, смотри, я безоружен. Потом заговорил, и голос у него оказался низкий, с хрипотцой, как у человека, привыкшего перекрикивать грохот молота или ветер.

— Меня зовут Гань Тьеши. Мы из деревни Каменного Водопада. Мы идём к дому молота. Отец торговал с Горновыми, пока последний не ушёл за перевал. Тропа с тех пор заросла, но камни стоят, если знать, куда смотреть.

Про камни я не понял, это что-то местное.

— Долина пуста, — добавил Гань Тьеши. — Мы знаем. Горновые ушли давно. Но дом стоит, и мы пришли просить.

— Просить кого?

— Того, кто в доме.

Я чуть не рассмеялся. Вот ведь, умный мужик. Просто дал понять, что знает, что долина не пуста. Что кто-то вернулся.

— Сколько вас?

— Восемь. Двое отстали, болит нога у дяди Бо. Сейчас подтянутся.

Из-за поворота тропы, подтверждая его слова, показались двое. Один опирался на палку, второй поддерживал его за локоть. Хромающий оказался стариком лет шестидесяти, жилистым, с лицом, похожим на высушенную грушу. Нога действительно перевязана, не соврал, грубой тканью поверх шины из палок. Полевая медицина, совсем не уровня забытой всеми богами деревни, ребята знали, что делали.

Я осмотрел группу целиком. Стриженый охотник, это понятно. За ним стояла девушка лет шестнадцати, может семнадцати, тонкая, с тёмной короткой косой и ободранными в кровь ладонями. Рядом русоволосый парень, с открытым лицом и длинными руками. За ними мужчина средних лет, коренастый, молчаливый, с ножом на поясе, единственным видимым оружием во всей группе. Женщина рядом с ним, чуть старше, в платке, из-под которого виднелись седые пряди. И ещё один мужик, широкоплечий, с красными от ветра глазами и выражением человека, словно готового упасть прямо тут и заснуть прямо на камнях.