Книга Мастер Рун. Книга 9, страница 49 – Артем Сластин, ПолуЁж

Рыба была хороша. Настолько хороша, что на какое-то время я действительно перестал думать о Киану Ривзе, мёртвой вселенной, манипуляциях и всём остальном, что навалилось за день. Мясо тоже оказалось на уровне, тушёное в каком-то местном соусе, густом, с имбирём и чесноком. Лепёшки были свежие, горячие, и я макал их в бульон, отламывая куски и запихивая в рот одной рукой, а второй разделывая свинину.

Бабай, покончивший с молоком, устроился у моей ноги и транслировал через связь настойчивое ожидание. Получил кусок свинины, потом ещё один, потом кость из горшка с мясом, и наконец свернулся клубком, отправив образ, который я расшифровал как сыто-тепло-хорошо-спать. И уснул, мгновенно, с чистой совестью по поводу сегодняшнего дня. Хорошо ему, пузатому. И кормят и поят и спать укладывают. Никаких забот и проблем.

Я доел свою часть, допил чай, и сел обратно на кровать, глядя в окно. За стеклом двигались отражения рунных фонарей, качающиеся от ветра с реки. Город гудел приглушённо, вечерний гул, который состоял из тысячи мелких звуков, ни один из которых нельзя было разобрать по отдельности.

Инь Син не появлялся. Зря тройную брал.

Это было ожидаемо, наверное. Он дознаватель, хоть и бывший, и он знает город, пусть и сорокалетней давности, и у него свои дела, свои контакты, свои норы. Но всё равно было бы спокойнее, если бы этот гадёныш хотя бы дал знать, что жив и не вляпался. Мы не договаривались о сигналах, и это было моим упущением, нужно было хотя бы условный знак придумать, тряпку какую-нибудь на подоконник повесить или монету под ковриком оставить. Теперь сиди и гадай.

Ладно. Если с ним что-то случилось, я об этом узнаю. Рано или поздно. Хотя бы по тому, что он перестанет появляться. А если не случилось, значит он придёт, когда придёт и нечего о нём зря переживать.

Мысли вернулись к тому, от чего я пытался сбежать в еду.

Кто-то привёл меня к книге. Вопрос, зачем. И второй вопрос, более важный, что этот кто-то может со мной сделать? Ответ на второй вопрос был простым и обескураживающим. Всё что угодно. Я практик средней стадии закалки мышц, и для существа, способного подбросить мне голоса двух студентов в библиотеке так, что я не заметил подвоха, мой уровень защиты от ментального воздействия не стоил ровным счётом ничего.

Камень Бурь на груди молчал, и это могло означать две вещи, либо воздействия не было и студенты были настоящими, либо оно было настолько тонким, что Камень его не засёк. И я даже не знал, какой из вариантов пугает больше. Ну и третий, мой гипотетический противник настолько силён, что Камень его не чувствует.

Я лёг на спину, закинув руки за голову. Потолок был низкий, с тёмными балками, и между балками сидел паук, деловитый и невозмутимый, плетущий свою сеть в углу. Вот кому хорошо, ни тебе манипуляций, ни загадочных кукловодов, знай себе плети, да мух жди.

Допустим, что меня ведут. Что некто, знает, кто я такой, откуда я взялся, и планомерно подводит меня к нужным ему выводам. Вопрос, что он хочет? Если бы хотел убить, я бы уже был мёртв. Это очевидно, настолько очевидно, что даже обидно. Практик, способный подбросить ментальные иллюзии мимо Камня Бурь и моего навыка сопротивления, мог бы остановить мне сердце во сне или просто раздавить меня этером, как я давлю комаров. Значит, убивать меня не хотят. Пока.