Книга Мастер Рун. Книга 8, страница 34 – Артем Сластин, ПолуЁж

Крыса, способная загрызть обычную кошку, а то и небольшую собаку, успела только пискнуть. Визг, который слышал Сяо, был скорее всего её первым и последним звуком.

Я сидел на корточках и смотрел на щенка, а щенок смотрел на меня. Потом он зевнул, широко, показав самые обычные молочные клыки, которые не имели ничего общего с тем, что оставило царапину в камне. Перевернулся на спину, задрал лапы и лежал так, пузом кверху, абсолютно расслабленный и эта картина была настолько несовместима с тем, что я видел на полу, что в голове произошло что-то вроде короткого замыкания.

— Мастер, — голос Сяо сверху, тихий, осторожный. — Это… это нормально? Для него?

— Понятия не имею, — честно ответил я. — Но думаю, что да.

Поднял Бабая, он не сопротивлялся, обмяк в руках, как тряпочка, и был тёплый, даже горячий, как после долгого бега, хотя бежать он никуда не бегал. Прижал к себе, и он тут же привычно угнездился за пазухой, и я почувствовал, как его маленькое сердце колотится быстро-быстро, потом замедляется, успокаивается.

Этер в нём… Камень Бурь нагрелся у меня на груди, рядом с тем местом, где сопел щенок, и я понял, что уровень этера в Бабае изменился. Ненамного, чуть-чуть, но он был выше, чем вчера. Крыса. Убив её, он поглотил часть её этера. Для него это было так же естественно как для меня дышать.

— Надо тебя парень всё же покормить правильной едой. — пробормотал я. — А то проголодаешься ты ночью сам, и ведь не отпихаешься от тебя.

Я собрал остатки крысы в мешок, и завязал его. Утром выкинем.

— Бабай переезжает, отныне в погреб ходит только в туалет. — скомандовал я. — А жить будет у меня, там придумаем ему что-нибудь.

Утро наступило слишком быстро. Казалось, я только закрыл глаза, а уже сквозь щель в ставне лез серый зимний свет, и Бабай, устроившийся у меня под боком на скомканном одеяле, тихо сопел, подёргивая лапами во сне. Снилось ему, наверное, как он рвёт крыс размером с корову, судя по тому, как дёргались усы.

Спал я от силы часа три. Сяо, судя по шуршанию внизу, и того меньше. Мальчишка возился на кухне, гремел чайником, и по характерному ритму движений я понимал, что он не столько готовит завтрак, сколько занимает руки, чтобы не думать о том, что видел ночью.

Я сел на кровати, потёр лицо ладонями. Еще бы часик, но мастер Цао ждать не будет.

— Сяо, собирайся, — крикнул я вниз, вставая и натягивая штаны. — Через двадцать минут выходим.

— А завтрак?

— С собой возьмём. Заверни лепёшки и мясо, если осталось.

— Осталось, но немного, я вчера Бабаю…

— Сколько есть, столько бери, всё равно надо пополнять запасы.

Бабай при звуке своего имени открыл один глаз, чихнул и снова закрыл. Я поднял его с кровати и сунул за пазуху. Сегодня он пойдёт с нами. Хватит ему сидеть в четырёх стенах, тем более что подвал теперь отменялся как место обитания, а в лавке он рано или поздно опять вылезет к клиентам и будет привлекать ненужное внимание. Территория храма — другое дело, там забора хватит, чтобы он побегал, понюхал камни, поделал свои щенячьи дела, а заодно подышал свежим воздухом, которого в нашей конуре было немного.

Вышли мы в полутьме, город ещё не проснулся толком. Фонари на столбах горели через один, экономили этер, громко хрустел снег под ногами в утренней тишине. Сяо шёл рядом, закутанный в свою куртку так, что торчал только нос и молчал, что для него было признаком либо глубокой задумчивости, либо крайней степени сонливости. Судя по тому, что он дважды споткнулся на ровном месте, второе.