Книга Мастер Рун. Книга 8, страница 11 – Артем Сластин, ПолуЁж

— Ты семнадцатилетний носильщик с бронзовым жетоном. Ты прошёл три рейда на Этажи, все в качестве грузчика. Никаких особых боевых навыков, зафиксированных Гильдией. Никакого опыта борьбы с духовными зверями выше средней категории. Никакого опыта поглощения ядер в полевых условиях. И ты хочешь, чтобы я поверил, что ты в одиночку, смертельно раненный, вырвал ядро из ментальной твари, которая убила двадцать три человека, включая двух капитанов и одиннадцать охранников, поглотил его без фильтрующих составов, совершил Переход, выжил, дотащил труп твари до базы и поднялся на лифте?

— Я не прошу вас верить. Я рассказываю, что произошло.

— Рассказываешь так, как тебе удобно.

— Рассказываю так, как было.

— Тогда объясни мне одну вещь, — он откинулся обратно, не сводя с меня глаз. — Координатор Сунь Юй зафиксировал, что ты пришёл на базу через двенадцать часов после ухода группы в восточный сектор. Путь от зала с проломом до базы занимает около трех часов быстрым шагом для здорового практика. Ты, раненый, с волокушей, должен был потратить значительно больше. Допустим, шесть часов. Это означает, что с момента атаки твари до момента твоего ухода из зала с колоннами прошло не больше трех часов. За три часа ты пришёл в себя после боя, поглотил ядро, совершил Переход, перевязал раны, собрал снаряжение, привязал тварь к копьям и начал двигаться. Для человека, который только что чуть не умер, это очень много действий за очень короткий промежуток времени.

Я молчал, потому что он был прав, и потому что ответить на это было нечего, кроме правды.

— Я не знаю, сколько времени заняло поглощение, — сказал я, и это было почти правдой, я действительно потерял счёт. — Может, час. Может, полтора. Не помню. Помню, что было больно, помню, что потерял сознание, а когда пришёл в себя, рана уже не кровила. Перевязался, собрался, пошёл. Времени не считал.

— Потерял сознание, — повторил Гао Линь, и по тому, как он это сказал, я понял, что именно это он и хотел услышать. Потеря сознания при поглощении ядра была нормальной, ожидаемой реакцией, и моё признание делало историю правдоподобнее, чем если бы я утверждал, что контролировал процесс от начала до конца. Иногда лучшая ложь состоит из кусочков правды, а между ними пустота, которую слушатель заполняет сам.

— Последний вопрос на эту тему. Ты утверждаешь, что не убивал тварь. Что Шань нанёс смертельный удар.

— Да.

— Но ты её добил. Достал ядро.

— Она была мертва. Я только вскрыл бок, чтобы добраться до ядра.

— Копьём?

— Руками. Копьё торчало в ней, я его не вытаскивал. Засунул руку и нащупал ядро. Плоть у неё мягкая, почти жидкая, пальцы проваливаются без усилий.

Гао Линь поморщился. То ли от описания, то ли от чего-то другого.

— Что-нибудь ещё взял из зала? Кроме ядра и трупа?

— Нет.

— Ничего не поднимал? Не подбирал? Ни с колонн, ни с пола, ни из вещей погибших?

— Нет. У меня была одна рабочая рука и дыра в боку. Ну кроме второго копья, для волокуши. И веревку, привязал тварь и ушёл.

— Блокнот рунмастера?

Значит, он знал про блокнот. Или предполагал.

— Я его видел. Лежал рядом с телом. Не трогал.

Гао Линь кивнул. Писарь закончил строчку и поднял голову, ожидая продолжения. Но Гао молчал, смотрел на меня, а я сидел, смотрел на него. Между нами висело понимание, что он мне не верит, ни целиком, ни в деталях, но не может ни доказать, ни опровергнуть. Единственные свидетели мертвы, а все ищейки скажут именно мою версию событий, потому что вранья то особо и не было. Я изменил слишком малые детали в своих показаниях.