Книга Мастер Рун. Книга 7, страница 91 – Артем Сластин, ПолуЁж

Мы перешли из кухни в мастерскую. Большую, с горном и наковальней из неизвестного мне металла, куда Цао привёл меня утром. Доспех из Звёздной бронзы стоял на деревянном каркасе, освещённый рунным светильником, и в его тусклом блеске было что-то торжественное и одновременно печальное, как недописанная картина в раме.

Мастер Лин подошла к доспеху и остановилась. Протянула руку, но не коснулась, держа пальцы в сантиметре от поверхности. Её лицо изменилось. Не выражение, а что-то глубже, под кожей, будто она сняла маску, которую носила весь день, и под ней оказалось лицо четырнадцатилетней девочки, которая потеряла учителя.

— Её рука, — сказала Лин тихо. — Вот здесь, на стыке нагрудника и наплечника, видите этот завиток? Она всегда заканчивала связки вот так, с этим характерным загибом вправо. Говорила, что это способ замкнуть поток так, чтобы этер не терял инерцию на повороте. Травник, опытный алхимик, но работающий с рунами лучше, чем многие мастера высших классов. До сих пор не могу понять, как она смогла этого добиться.

— Мастер Цао показал мне доспех сегодня утром, — сказал я, нарушая тишину.

— Я знаю этот доспех, не видела сама. — ответила Лин, убирая руку. Маска вернулась на место, быстро и привычно. — Шуай рассказывала о нём. Это был особый заказ, от человека, который заплатил больше, чем секта зарабатывала за годы, и не поставил сроков. Вы поймёте, когда нужно будет его отдать.

— Да, — добавил Цао. — Именно тогда я всё и понял.

— Что поняли?

— Что сроки подошли, — ответил Цао, и в его голосе, на секунду, проскользнуло что-то, что я мог бы назвать облегчением, если бы это слово подходило к человеку, который пятьдесят лет ждал и наконец дождался. — Гу привёл ко мне рунмастера, способного продолжить работу Шуай. Не просто мастера, а такого, чьи руны работают по тому же принципу, что и её. Ты делаешь вещи иначе, чем она, у тебя другой стиль, грубее, прямолинейнее, но логика та же. Основа та же.

— И когда вы узнали, кто я, вы попросили мастера Лин посмотреть на мои работы? — спросил я, обращаясь уже к обоим.

— Нет, — ответила Лин. — Я увидела их сама, на экзамене. И узнала почерк. Не твой, а Шуай. Точнее, его отголосок. Ты не учился у неё, это очевидно, ты вообще не учился ни у кого в этом городе, но ты пришёл к тем же принципам, которые она разрабатывала, только другим путём. Вот тогда я и заинтересовалась. Ну и помимо беседы с Жэнь Кэ, мне пришлось наступить себе на горло и написать Цзян Ши, которого ты знаешь как мастер Цао. Так что тут просто сошлись Небеса, в одной точке, чтобы разрешить сразу несколько важных дел.

Интересное дело, то, что я считал своими изобретениями, оказалось переоткрытием того, что мастер Лин Шуай знала пятьдесят лет назад. Или, точнее, я применил инженерную логику из другого мира к тем же проблемам и получил те же решения. Конвергентная эволюция, как сказал бы землянин, когда разные виды независимо друг от друга приходят к одинаковым формам, потому что задача одна и та же.

Руны Лин Шуай покрывали нагрудник и левый наплечник полностью. Плотным, невероятно сложным узором, в котором каждая линия была связана с десятками других. Связки, которые я видел, были не похожи ни на гильдейские, ни на мои собственные. Они были органичнее.