Книга Мастер Рун. Книга 6, страница 86 – Артем Сластин, ПолуЁж

К вечеру четвёртого дня у меня было готово двадцать восемь пластин, и я понял, что не дотяну до конца, потому что этер кончился совсем, а тело отказывалось слушаться, и я просто сидел за верстаком, уставившись в одну точку и пытаясь заставить себя подняться и пойти медитировать, но не мог, потому что ноги не держали, а голова кружилась так, что я боялся упасть.

Тогда я заставил себя, через силу, через боль, дотащиться до своей циновки, сесть в позу лотоса и закрыть глаза, считая вдохи и выдохи, и проваливаясь внутрь себя, туда, где бурлил этер, только его почти не было, тонкая струйка, еле заметная, и я цеплялся за неё, пытаясь раздуть хоть что-то, и сидел так, не знаю сколько, может час, может три, пока не почувствовал, что этер начал возвращаться, медленно, по капле, но возвращаться.

Когда открыл глаза и понял, что уже утро пятого дня, и что просидел в медитации всю ночь, и что тело затекло так, что я не мог пошевелиться, но этер был, немного, но достаточно, чтобы закончить последние две пластины. Зато хорошо так поднялись навыки, так что всё к лучшему. Пусть и как обычно, через боль, пот и слёзы.

Навык повышен. Медитация — 7.

Навык повышен. Медитация — 8.

Навык повышен. Контроль этера — 5.

Я встал, пошатываясь, и подошёл к верстаку, взял стило, и начал работать, медленно, аккуратно, потому что спешить было уже некуда, и главное было не накосячить. Поэтому делал всё правильно, тщательно выверяя каждую линию, каждый угол, и когда закончил последнюю, тридцатую пластину, то просто сел на пол и засмеялся.

У меня получилось! Я сделал это! Все тридцать пластин были готовы, и теперь оставалось только собрать их в единый доспех.

Две пластины, которые должны были идти на спину, я сделал особенными, потому что на них, помимо защитных рун были ещё и накопители этера, большие, сложные, с дополнительными контурами, которые позволяли закачать в них этер заранее и использовать его во время боя, не тратя свой. Я рассчитал, что такие накопители смогут поддерживать доспех в боевом режиме около пяти минут, и это было не много, но достаточно для короткой схватки, а если я сделаю накопители больше, то и время увеличится, но сейчас мне хватит и этого.

Разложил кирасу на верстаке, взял в руки первую пластину и остановился. У меня совсем вылетело из головы то, как я буду их скреплять.

В отчаянии я схватился за голову. Ещё одна сложная, кропотливая работа, к которой я не был готов.

Впрочем, инструмент для сверления бронзы — коловорот у меня был, купленный заранее. Каждое отверстие нужно было сделать в строго определённом месте, отступив ровно три миллиметра от края пластины, чтобы не нарушить целостность рунического контура и при этом обеспечить надёжное крепление. Любой скол или трещина от чрезмерного давления — и пластина испорчена.

Я зажал первую пластину в тисках, обернув её мягкой кожей, чтобы не оставить царапин. Приставил сверло к намеченной точке, и начал вращать ручку. Медленно, слой за слоем, сверло вгрызалось в металл. Я так устал, что мне казалось, что это длится целую вечность. Наконец, сверло пробилось насквозь. Правда только одно. А нужно было по шесть на каждой пластине, плюс дополнительные для стыковки. Всего — почти двести отверстий.

Я работал автоматически, через силу, стиснув зубы. Важно было не давить слишком сильно, но и не слишком слабо, нужно было чувствовать материал. Бронза — капризный сплав, она могла закусить сверло или дать скол. Потеря концентрации сейчас была бы фатальной. И только когда я закончил работу, до меня дошло, что можно было попросить мастера сделать это за небольшую доплату. У него явно и инструмент получше и опыта гораздо больше.