Книга Мастер Рун. Книга 5, страница 90 – Артем Сластин, ПолуЁж

Леви атаковал второго демона, лежащего на полу и пытающегося подняться. Его ледяной клинок обрушился на шею твари, и я услышал хруст, когда лезвие прошло сквозь кости и гниющие мышцы, отрубая голову, которая покатилась по полу, оставляя за собой след из чёрной, вонючей крови, а тело дёрнулось ещё раз и замерло, мёртвое окончательно, пламя в глазницах черепа погасло, оставив лишь пустые провалы, смотрящие в никуда.

Третьим занялся Алекс. Копьё Зари в его руках пылало так ярко, что смотреть на него было больно, он подошёл к скелету-командиру, который стоял неподвижно, словно статуя, потерявшая волю к сопротивлению, и вонзил копьё прямо в грудную клетку, туда, где у живого человека находилось бы сердце. Руны на наконечнике вспыхнули ослепительной вспышкой, и энергия, которой был напитан мой друг, вся эта невероятная, убийственная сила, хлынула в тело скелета, разрывая его изнутри, кости треснули, разлетелись на куски, доспехи рассыпались в пыль, и от командира не осталось ничего, кроме груды обломков и тусклого свечения, которое быстро угасало, растворяясь в воздухе.

Навык повышен. Интуит Рун — 3.

Навык повышен. Интуит Рун — 4.

Навык повышен. Интуит Рун — 5.

…

Навык повышен. Мастер Рун — 9.

Тишина. Внезапная, оглушительная тишина, которая накрыла поле боя, словно невидимое одеяло. Скелеты, потерявшие своих командиров, замерли на месте, их движения стали хаотичными, бессмысленными, они больше не атаковали слаженно, не шли на нас плотным строем, а просто метались по залу, натыкаясь друг на друга, падая, рассыпаясь на части, словно невидимая нить, что держала их вместе, оборвалась разом.

Проклятые зарычали, развернулись и бросились бежать обратно к воротам, давя под собой более мелких тварей, их инстинкт самосохранения, пусть и извращённый нежизнью, взял верх, и они понимали, что без командиров обречены.

— Не дать уйти! — крикнул кто-то из наших, и мы снова снова открыли огонь, болты впивались в спины бегущих тварей, валя их десятками, а копейщики, воодушевлённые победой над командирами, ринулись в погоню, добивая тех, кто пытался вырваться из башни.

Я лежал на ступеньках, тяжело дыша, чувствуя, как всё тело ноет от ушиба и перенапряжения, но смотрел на поле боя, не в силах оторвать взгляд. Алекс стоял в центре зала, окружённый телами поверженных врагов, его фигура всё ещё светилась золотистым светом, хотя свечение начало слабеть, тускнеть, словно огонь, которому не хватает топлива, и я видел, как он покачнулся, его ноги подкосились, и копьё Зари выпало из ослабевших пальцев, звякнув о камень, а сам он начал падать, но Стейни успел подхватить его, удержать за плечи, не дав рухнуть на пол.

— Алекс! — я попытался подняться, но ноги не слушались, и я снова свалился на ступеньки, выругавшись сквозь стиснутые зубы.

Лейтенант осторожно опустил друга на пол, он проверил пульс, приложив пальцы к шее Алекса, затем посмотрел на его глаза, которые всё ещё слабо светились золотым, и я услышал, как он выругался вполголоса, что-то невнятное, злое.

А затем, как и весь отряд, вместе с Леви, лейтенант умчался вперед, уничтожать бегущего врага, пока это было возможно. А среди горы трупов, остались живыми только я, Алекс и несколько раненых парней.

Я медленно выдохнул.