Книга Мастер Рун. Книга 4, страница 58 – Артем Сластин, ПолуЁж

И открыла рот. Звук, который вырвался оттуда, был нечеловеческим. Вой, скрежет, крик — всё смешалось в одно. Остальные Проклятые дёрнулись, повернули головы. Свет в их глазницах вспыхнул ярче.

— Бегом! — заорал Стейни.

Мы рванули вперёд. Нежить пришла в движение, медленное, неуклюжее, но неумолимое. Они двигались к нам, вытягивая длинные руки, открывая беззубые рты. Впереди маячил выход, узкий проход в противоположной стене. Стейни добежал первым, замахнулся копьём на Проклятого, загораживавшего путь. Удар пришёлся в грудь, сбил тварь с ног, буквально разрывая ее на части.

Леви, обогнав меня, ударил второго Проклятого в голову. Череп треснул, голубой свет погас, тело рухнуло. Мы ворвались в проход, забив ещё одну нежить, и побежали дальше, не оглядываясь.

За спиной раздавался вой, топот, скрежет когтей по камню. Проклятые преследовали нас, но медленнее, чем мы бежали. Туннель петлял, уходил вниз, и мы неслись вперёд, спотыкаясь, задыхаясь, но не останавливаясь.

Через несколько минут вой стих. Мы замедлили бег, остановились, прислушались. Тишина. Только наше тяжёлое дыхание и далёкий гул.

— Все целы? — спросил Стейни, оглядывая нас.

— Да, — выдохнул Леви.

Я кивнул, пытаясь отдышаться.

— Что это было? — спросил Дарн.

— Не знаю, — ответил лейтенант. — Но теперь мы знаем, что они здесь. И их много. Слишком много. Проблема в том, что и они возможно знают о нас. Или то, что ими управляет.

Мы двинулись дальше, медленнее, осторожнее. Туннель вывел нас в узкий коридор, стены которого были исцарапаны, словно кто-то пытался вырваться наружу, оставляя кровавые следы на камне.

— Мы близко, — сказал Гаррет, изучая следы. — Очень близко.

Туннель расширялся с каждым шагом. Стены отодвигались всё дальше, потолок уходил вверх, и свет наших фонарей уже не доставал до него. Воздух стал плотным, вязким, каждый вдох требовал усилий, будто я пытался дышать через мокрую тряпку, свернутую в несколько слоёв. И такие ощущения были не только у меня, всем, кроме лейтенанта было тяжело идти.

Камень на груди пульсировал так сильно, что я чувствовал жар всем телом. Пришлось аккуратно засунуть его в мешочек, и вытащить наружу, от количества этера вокруг, он просто оставлял мне ожоги.

— Стой! — голос Стейни прорезал тишину, когда разведчик замер, не оборачиваясь.

Его силуэт застыл в круге света фонаря, рука поднята вверх, универсальный сигнал «замри и заткнись». Я остановился так резко, что Алекс налетел на меня сзади. Его дыхание было тяжёлым, неровным, словно он только что бежал несколько километров.

— Что там? — Леви подошёл к разведчику бесшумно, его шаги не издавали ни звука даже на каменном полу.

Гаррет присел на корточки, провёл пальцами по стене. Даже в тусклом свете я видел длинные царапины на камне, глубокие борозды, прорезанные чем-то острым и тяжёлым. Мы их уже не раз видели. Но видимо тут что-то изменилось.

— Свежие следы, — разведчик поднял голову, его лицо было напряжённым. — Не больше суток. И их много.

— Сколько? — Стейни опустился рядом с ним, копьё держал наготове.

— Не сосчитать. Десятки. Может, больше. Царапины идут в обе стороны — спускались вниз, потом поднимались обратно и так несколько раз. Возможно патруль.

Я сглотнул, пытаясь унять сухость в горле. Патруль, — это очень и очень плохо. Это означало организацию и налаженную систему защиты. Нежить не патрулирует, она тупая, у нее мозгов нет, а если эти твари ходят по маршруту, значит, кто-то или что-то ими управляет.