Книга Стадия 1: Отрицание, страница 2 – Артем Сластин, Игорь Маревский

— Ты сам всё видел! — Никак не мог угомониться тот. — Военные! Ты когда последний раз в этом захолустье видел военных? Они явно здесь что – то ищут, а даже если не ищут, то всё равно. Разве тебе не интересно?

— Любопытство нас погубит. — Коротко отрезал Ник, и кивнул головой.

Макс, не скрывая довольной улыбки, махнул товарищу рукой, и через мгновение, рысью перебрался на другую сторону насыпи.

Перед глазами разверзлась серая, но к сожалению, уже привычная картина юго – западной части европейского захолустья. Дикая природа, оставленная сама себе, брошенные остовы когда – то новеньких авто. Всё это походило на пейзаж постапокалиптической долины, нежели чем на ландшафт деревенской глубинки, схороненной на отшибе существования.

Макса это судя по всему не особо заботило. Он, одержимый поиском того, что должно было погубить их обоих, не жалея ног, рвался вперёд. Ник старался не отставать, однако в таком возрасте, разница между десятью и тринадцатью лет, была заметна.

— Макс! Макс! — Кричал ему вслед паренёк. — Я не успеваю! Подожди.

Однако могло показаться, что старшего товарища несли вперед силы, неведомые разуму человека. Он мчался, будто за ним неслась целая стая диких псов, с вымоченной в липкой смоле шерсти. Попытки Ника поспевать за скоростью друга, не привели его ни к чему, кроме как к заметной тяжелой отдышке, невесть откуда взявшейся боли в правой ступне, и паренек не выдержав, закричал.

— Стой! — Сумел он наконец выдавить, как вдруг нечто вырвало землю из-под ног.

Внезапно мир ровным счетом перестал существовать. Всё закрутилось, завертелось, выворачивалось наизнанку, и казалось, сама реальность перестала существовать в той форме, к которой мы привыкли.

Привычные цвета, смешались в единственный оттенок черного, а насыщенный кислородом воздух заброшенной окраинки, сменился на отчетливый привкус сырости и прелости.

— Ник! Ник!

Слышался знакомый голос, который, казалось доносился с другой стороны реальности. Ник! Паренек попытался отозваться, однако нечто внутри, тоже самое, что сдавливало его грудную клетку, не давала словам сорваться с его губ. Вместо этого, он словно рыба, выброшенная на берег, беззвучно хлопал губами, и пытался встать на ноги.

— Ты никуда не уходи, я попробую тебя вытащить!

Мальчик с трудом поднявшись на ноги, попробовал оглядеться. Вверху, сквозь земляную щель проникали лучи вечернего солнца. Раздался шорох осыпающейся земли и ребенка, неловко взмахнувшего руками, потащило вниз вместе с очередной осыпью. Разгребая руками мягкую черную землю, в которой его чуть не завалило с головой, он встал. Царившая вокруг, непроглядная тьма, была настоль плотной, что казалось даже вечерний солнечный свет, не способен был пронзить её полотно.

— Мааакс! – закричал он. – Ты меня слышишь?

Ответом на его крики была только глухая и давящая тишина, изредка нарушаемая шорохом скатывающихся камешков по земляной насыпи. Голоса мальчик больше не слышал, как собственно и ничего другого, что доносилось бы с поверхности.

Знал бы он, что в тот день, в том самом месте, в котором ему “посчастливилось” оказаться, он найдет то, что изменит всю его жизнь, а может даже ...

Тьма. Своими незримыми пальцами, она тянулась к тому единственному огоньку, который можно было бы назвать сосредоточением детской души. Юный Ник крепко зажмурился, словно пытался убедить самого себя, что этого мира вокруг не существует. Всё это было не настоящим, дешевой иллюзией, жалкой подделкой истинной реальности. Но к сожалению ребенка, окружающая обстановка не менялась и сколько бы раз он не закрывал глаза, сжимая маленькие кулачки, никак не мог избавиться от ужасающего присутствия тьмы. Голос друга, Макса, он перестал слышать. Быть может, Макс действительно отправился за помощью, но неужели он смог так легко его бросить?!