Книга Сбой реальности. Книга 7, страница 57 – Михаил Юрьевич Попов

— Возможно. Это за пеленой.

— Но я же должен иметь хоть какой-то ориентир. Иначе я, как слепой котенок, слечу с катушек. Как это и случилось с Аластером во время записи того обращения.

— То, что должно произойти, произойдет. Вернись назад, в свой мир, и пройди все этапы по правилам. Тебе ведь, если честно, не так много осталось? Всего-то один жалкий осколок огня, и ты соберешь в себе то, что когда-то собрал Хаулл, скитаясь по мирам.

— Так это что, первый Абсолют — это он?

— Второй. Перед ним был его отец.

— А ты?

— Я никогда не была, у меня другая роль.

— Я все равно не понимаю, почему ты мне все это объясняешь.

— Потому что ты должен был это узнать, таковы пути судьбы.

Я поднялся, размялся, но скорее по привычке. Вопреки тому, что твердила мне сестра бога, я не чувствовал никакого прилива знаний, или трепета перед открывшейся мне истиной. Никакого опыта итераций, ничего. Просто. устал, хочу домой и поспать.

— Значит, вернуться, добыть осколок, а дальше? Хаулл твердит о втором и третьем этапе. И что с остальными претендентами? Зачем все это, зачем возня, если все предопределено?

— Знаешь, что такое парадокс всемогущего бога? — Проигнорировала Ария все мои вопросы.

— Нет. — С сожалением ответил я.

— Бог всемогущ. Может ли он создать камень, который никто не в силах будет поднять, даже он? — Задала она вопрос, расставляя интонации в местах, по ее мнению, важных.

— Думаю, нет, ведь какой он тогда всемогущий? Либо он поднимет камень, и тезис о неподнимаемом камне будет лживым, либо он не сможет его поднять, и снова его всемогущество разбивается в пыль.

— Ты прав! Так вот и у Хаулла также. Он не может создать претендента, тот должен стать самим собой, пройдя свой путь.

— Я не вижу смысла продолжать свой путь. — Честно ответил я. — Если все предопределено, то к чему я вообще существовал?

— Глупенький… — Успокаивающе сказала Она. — Ты запутался, я понимаю. Но ты поймешь. И в миг, когда ты станешь тем, кем должен, старый виток закончится, и начнется новый. Там ты и встретишь то, что зовется судьбой, но то, что еще не соткано в ткани мироздания, как твоя история.

— Выходит, никто не знает, как я закончу? — С надеждой спросил я.

— Никто. И даже Хаулл.

— А ты… ты тоже хочешь его смерти?

— Да. Но в большей степени я жажду смерти для себя. Я устала существовать. — Призналась она, и мне стало невыносимо тоскливо от этой мысли.

— Но с той стороны меня ждет контроль. Мои мысли мне больше не принадлежат, и я могу перестать осознавать все то, что ты мне рассказала. Ведь, как я понял, тут я оказался именно из-за него?

— Верно. Но вернешься ты с чистым разумом, свободным от его влияния. Разве ты не заметил, как вы сливаетесь воедино?

— Было что-то такое… мне показалось, что он меня копирует.

— Он уже готовится стать тобой, чтобы продолжить свою вечную жизнь. Никчемная жизнь старика. Паразит.

— Значит, я главный герой своей истории поневоле? И все, что мне уготовано, это противостоять вселенскому злу в его лице? Лечь костьми за желания горстки небожителей, которые настолько устали от самих себя, но все еще горделиво вертят судьбами целых поколений? Хер вам! — Подошел я к железной деве, и с силой захлопнул крышку.

Не верю я ни единому ее слову. В конце-концов, все это может быть лишь моим глюком. Очередной попыткой на меня повлиять. Надо топать ко дну и выбираться отсюда. Меня, наверняка, заждались друзья.