Книга Сбой реальности. Книга 6, страница 119 – Михаил Юрьевич Попов

Кацураги как раз пожал руку инспектору. Прохладно, но безупречно вежливо. Время застыло, превратилось в клейстер. Мерзонькое чувство. Я спиной ощутил табун мурашек.

— Попал!

Иногда в жизни случаются такие мгновения, когда хочется переиграть. Принять другое решение. Я, благодаря своим необычным способностям, уже делал так. Причем несколько раз. Как правило, не по собственной воле. Но сейчас я, будучи опустошенным, твердо понимал — сделанного не воротишь. Выстрел произведен.

До этого мы прятались, вжимались в холодный бетон, старались не шуметь и не дышать громко. Как дети, которым наказали не мешать папке отдыхать. Как будто папка рассказал сказку, что от монстров под кроватью защищает темнота и одеяло. Защищает от монстра. Но вот оно — монстр — сам повернул голову в нашу сторону. Плавно. Не резко, а размеренно так. Просто как человек, который точно знает, что через несколько секунд будет полностью в чужой крови. И его это совершенно не смущало.

Кацураги.

Он смотрел прямо на нас, хотя между нами были метры тени и несколько слоев битого бетона и железа. Взгляд спокойный, чуть хмурый. Как у шахматиста, который загнал соперника в патовую ситуацию, но все еще любезно позволяет двигать фигуры. Хотя бы ради приличия.

Он шагнул вперед, а я, скованный, стоял без движения. Ни один мускул не откликался, я даже моргнуть не мог. Глазное яблоко вращалось, позволяя мне заглянуть в поля зрения, но тоже со скрипом. Двинуться не мог никто.

Воздух затрещал, когда в его руке соткалась тьма, принявшая форму клинка. Не металл, не сплав и не технология. Что-то совсем чужеродное, будто ночь постучала к нему в гости и любезно предложила стать его оружием. Лезвие, будто ванта-блек, поглощало весь свет, вбирало его, превращая все вокруг на сотни метров в сплошную темень и мрак.

— «Твою ж…» — Попытался я вдохнуть, и мысль застряла в горле, невысказанная вслух.

Что происходит? Почему никто не может двинуться? Что это за сила такая⁈ Я силился быстро придумать выход, но почему-то каждая идея мгновенно отсекалась за невозможностью исполнения. Едва я потратил пол секунды на то, чтобы сообразить, в какую чудовищную ситуацию мы угодили, когда холодная, леденящая душу тьма обвила ноги и поползла выше. По спине пробежал предательский озноб. Я ничего не могу сделать. А этот… он двигается вперед. Настоящий, живой. Воплощенный кошмар.

Его черный меч, соткавшийся из темноты, как крошечная черная дыра, был шрамом на теле реальности. Метафорично, но по другому не объяснить. Кажется, сама темнота вокруг Кацураги шла кругами по воде, когда в нее бросили камень.

Я, как обычно, пытался удержать все под контролем. Пусть сердце застучало быстрее, а руки покрылись липким потом, но разум старался быть холодным и рациональным. Как всегда. Хотя о какой рациональности речь — я не могу двинуться!

Внезапно, что-то толкает меня в спину. Довольно сильно. А затем, вперед, вместе со мной, плашмя летит Илья. Прежде, чем я навернусь на землю, успеваю глянуть через плечо. Это Леон. Он нас толкнул. Его изможденное тело едва держалось на ногах, но он был способен двигаться. А на лице застыла улыбка!

— Действуйте, а я на этом все. — Сказал он, слабо, но так, чтобы мы услышали.

— Что ты?.. — Зашипел я.

— Ваш противник — маг пространства. Как и я. Забыл? Я сопротивляюсь его заклинанию, и теперь передал эту способность и вам. — Успел он объясниться прежде, чем сам упал без сознания. Отдал остатки своей силы… что за самоотверженный придурок.