Книга Сбой реальности. Книга 4, страница 96 – Михаил Юрьевич Попов

Труп мечника лежал у ног, прислонившись спиной к дереву, к которому я его и пригвоздил. Я стоял возле, удерживая в липких от крови пальцах кинжалы. Энергия бурлила внутри, рвалась наружу, сердце колотило, будто хотело выскочить. Я едва сдерживался, чтобы не взорваться яростью, но должен сыграть обычного игрока. Юля — ее тело в траве, глаза пустые. Красное на зеленом. Я не был так зол со времен похищения моих друзей. Хотя, это же просто турнир, чего я взвинтился-то так?

Оглянулся. Фес дрался с Фарадом на равных, его кулаки мелькали, но тот тоже не промах, блокировал и уворачивался. На контратаку окна у него не было. Кира раз за разом натягивала тетиву своего небольшого лука, выпуская стрелы по целям, на которых висели метки охотника. Ее классовый навык. Илья отбивался щитом, но под эффектом всплеска от Феса, обрел дополнительную маневренность, и постепенно переходил в наступление.

— Майк, сзади! — крикнула мне Кира, голос резкий, а рядом со мной просвистела стрела.

Я рванулся в сторону, на чистых рефлексах, кулак великанши врезался в землю там, где я стоял мгновение назад. Камни разлетелись, трава взорвалась клочьями, в лицо ударил запах пота. Она рычала, глаза горели, как у обезумевшей. У нее, видать, аркданс с примесями запрещенки. Рывок вперед, кинжалы покрываются льдом. Удар в бедро, заход за спину. Лед хрустнул, врезался в плоть, кровь брызнула, тут же замерзла, повисла красными сосульками. Варварша взвыла, обернулась в пол оборота, замахнулась, ее рука — как молот, но я ушел еще глубже за спину, скользнув по мокрой траве.

— Гаси ее, Майк! — рявкнул Илья, дал зуботычину своему противнику, а на щит словил ответку.

Я крутанулся, и серией атак быстро заразил ее мощью пожирателя. Толк с ее огромного запаса здоровья был, но вытечет она быстрее, чем время действия эффекта завершится. Отступил, чтобы ненароком не схватить в ответ, это может быть очень болезненным.

На поле боя изменения — Фарад, скрученный пополам, хрипел, тесак в его руках дрожит, но на ногах держится. Это Фес его так отделал? Жесть, у бородатого на лице живого места нет. Фес скалится, глаза злые, пот течет по лбу и вискам, застилая глаза.

— Ну че, говноед, проверили? — прорычал он, и в голову лидера Аль-Муалим летит колено. Больше походило на казнь, чем на удар. Тот отлетел, всей тушей вмазался в ствол дерева с такой силой, что под ним треснула кора, и плюхнулся на землю мордой вниз. Кира переключилась на раненную мной громадину. Стреляла без пауз. Перья стрел торчали из плеч, груди, да откуда только не торчали. Рита напрыгнула сзади, вцепилась в ее предплечье, клыки рвали кожу, мышцы. Былой задор этой, по настоящему свирепой варварши, угасал. Глянул на системку — еще три-четыре секунды проживет. Она ревет, машет руками, пытается сбросить пантеру, но та держалась крепко, вонзив в плоть когти.

— Что происходит? Я был прав? Минута почти истекла, а «Странники» полномасштабно закатывают своих врагов в землю! Вот это бой! — никак он не уймется…

Под орех разделали и последнего, на ком завис Илья. Он и сам бы справился, его соперник уже едва держался на ногах и умудрялся только блокировать удары через раз, но мы решили не расстраивать комментатора и завершить эту, по настоящему тупую драку, как можно скорее. Мне было физически противно тут находиться, под взором такого количества людей, и корчить из себя простого игрока.