Книга Сбой реальности. Книга 3, страница 13 – Михаил Юрьевич Попов

— Я числюсь медиком. Это на случай, если нас кто-то решит проверить. — горделиво сказала Юля. Как же быстро она отходит от всяких потрясений, я ей завидую.

Эти слова успокоили всех присутствующих. А еще, я сбился со счета, сколько раз считал ее ведьмой. Потому что прямо сейчас она накаркала. Едва мы добрались до линии горизонта на небольшой возвышенности, внизу замаячили огни. Блокпост.

— Сохраняем спокойствие, — сказал я. — Без паники.

Машину выхватили прожекторы уже на подъезде. Илья притормозил, и я почувствовал, как все в машине напряглись. Хоть топор вешай. Блокпост был организован основательно. Натаскали сюда бетонных заграждений, гусеничный броневик поставили с вооруженными охранниками, несколько солдат в зимней форме. Наконец, авто полностью остановился на сканирующей метке на земле. Металлический блокиратор выехал из земли, преграждая дальнейший путь.

Илья опустил окно, впуская леденящий воздух в салон.

— Авторизация и документы регистрации транспортного средства. — потребовал заглянувший в окно автомобиля постовой вояка.

— Авторизация и документы регистрации транспортного средства. — потребовал заглянувший в окно автомобиля постовой вояка.

Прожекторы врезались в лобовое стекло, слепя нас, как вымерших зайцев на трассе.

Мы сидели, притихшие. План-то у нас был, только как его реализовывать? Неожиданно для всех, слово взяла Юля. Уверенная, на вид спокойная. Но я хорошо успел ее узнать, потому за версту чую, как внутри нее сейчас все скручено в нервный узел.

— Я медик, авторизуюсь сама. — сообщила она военному, протянув тонкую ручку ладошкой к планшету с меткой физической авторизации.

— Медик? — удивился постовой, сверяя услышанное и увиденное в планшете.

— Отвозили в Нью-Шеот партию лекарств. Автомобиль принадлежит курьерской службе на подряде у местных здравоохранителей. — дополнила она, очень складно поддерживая легенду.

Вояка прищурился, обхватил пальцами планшет, изучая данные. Холодный взгляд, профессиональная подозрительность.

— Заглушите двигатель и оставайтесь под сигналами сканера. Сверим сигнатуру. — сообщил постовой и отошел от машины. Красный луч света прошелся по всему авто взад-вперед.

Мы замерли в ожидании. Либо прокатит, либо нас тут всех положат. Я молчал, каждая секунда тянулась, пока нам не вынесут вердикт. Со слов Мэй — все должно быть в порядке. Все. Должно быть.

— Окей. Берегите себя, дороги сейчас небезопасны. — наконец бросил он, удаляясь.

Блокиратор ушел обратно в землю с глухим щелчком, прожекторы мигнули, и мы поехали дальше.

— Пронесло… — прозвучало надтреснуто, минутой позже, когда огни блокпоста превратились в мутную точку в зеркале заднего вида.

— И не говори, друг. — подхватил я за Ильей.

— Юль, ты — гений. Как ловко, а, я сам бы лучше не придумал. — дополнил здоровяк, на миг обернувшись через плечо.

— А то. Вы сомневались? — кажется, это была ее минута славы. Впрочем, меня радовало не только то, что мы так легко ушли от досмотра и прочих мероприятий с зондированиями и допросов с пристрастием, но и то, что девчонка, вроде как, ожила.

— Никто не сомневался. — кивнул я девушке.

— Кто бы мог подумать, что первым моим серьезным делом как врача станет обман на блокпосту пользуясь своими документами. — хихикнула она.