Онлайн книга «Долг человечества. Том 7»
|
Другая страница. «Чертова музыка. Нет, круто, что она тут есть, но меня сводит с ума то, что я не понимаю ее источника. Искать идти страшно. Неужто это что-то из рассказов бывалых, мол, попадаются белоснежные ящики с чем-то, что тебе очень нужно? Какому дураку потребовался эм пэ три плеер? А плевать. Она такая успокаивающая.» Другая страница. «Я не могу спать. Зубы болят ужасно, кажется, в полудреме я стачиваю их. Красивая, чарующая мелодия, она льется откуда-то сверху. Никогда не слышал ничего подобного, клянусь. Но почему она кажется мне такой знакомой? Как будто я знал эту песню всю жизнь, пел ее в детстве на уроках музыки, пацанами во дворе под гитару, или танцевал под нее на свадьбе? Я не помню. Я легко могу насвистеть мотив, но стоит мне попытаться вспомнить слова, как голова взрывается болью. Может, я просто свихнулся тут на третий день сидения под чертовым камнем?» Другая страница. Она написана размашисто, одно предложение занимало буквально всю страницу. «Я так больше не могу. Я пойду искать источник песни. Я хочу его найти, и он зовет меня наверх. Надеюсь, это кто-то прочтет». Понятно, почему дневник не в инвентаре. Я сглотнул, поймал такой же обескураженный, какой был наверняка и у меня, взгляд Вари. — Музыка? Он точно спятил. — Прокомментировала она. — Ничему не удивлюсь. — Ответил я пространно. — Выдвигаемся. Закрыв блокнот, я убрал его в инвентарь. Пригодится для хроник Нового мира, о которых я мечтал с самого начала, как только освоился здесь. Путь мы продолжили с четким пониманием, что ничего непонятно. Я все еще не уверен, на правильном ли мы месте, но тот факт, что мы нашли погибшего разведчика из коммунистов, говорил скорее о том, что на правильном. Нашивку я, кстати, тоже забрал. Уж не знаю, как звали этого бедолагу, но такие вещи, если я правильно понимаю, принято передавать в память «сослуживцам». Вот Вячеславу и отдам, коль случится оказия. Последние тридцать метров подъема дались особенно сложно. Скользко, грязно, ветер и хлещащий дождь. Сейчас не выделывались — первый пополз я, следом Варя, но уже привязанная ко мне веревкой. На всякий случай. Это первый уровень страховки, второй, самый крайний, это импульс в ее сапогах. Посмотрим. Лучше перебдеть. Когда мои пальцы наконец ухватились за плоский залитый водой уступ, а тело я сумел перевалить через край, а затем затянуть наверх Варю, я так и остался валяться, глядя в смурное небо, подставляя лицо дождю и жадно дышал. Чародейку рухнула рядом и почему-то негромко засмеялась. — Чего ржешь? — Повернул я голову вбок. — Да ничего. Забрались. — Не глядя на меня, вперившись зелеными глазами в небо, ответила она. Да, местность явно похожа на то, что описывала Агнесса. Дело в том, что мы зашли не с той стороны — лагерь Вячеслава, тот, еще до взрыва, был сильно севернее того места, где в каньон вошли мы. Вышло так, что эту ошибку в расстоянии мы компенсировали тем, что прошлись мелкой гребенкой по угодьям этих летающих тварей, помножив на ноль несколько сотен из них. Небольшая, неестественно ровная терраса, зажатая между двух отвесных базальтовых стен. Земля под ногами казалась белой, словно выпал снег, но это был не он. Крошеный мел? Возможно. Пепел? Тоже не исключено, хотя тут такой дождь. Откуда тут пеплу взяться. |