Книга Долг человечества. Том 6, страница 56 – Артем Сластин, Михаил Юрьевич Попов

— Н-нет! Нам помощь нужна! Мужик, я не знаю, кто ты такой, но выглядишь разумно, давай все обсудим! — Залебезил он, чем мгновенно вызвал у меня неконтролируемую волну презрения, но я заглушил в себе эту эмоцию, отдавая себе отчет в том, что он вполне мог прямо в эту минуту вообще не понимать, что происходит. — Ты видел что в лесу творится? Там твари какие-то, собаки на двух лапах, мы еле ноги унесли! Пожалуйста!

Стало быть, греллины. Видимо, недобитки расползлись по округе. Но это позже.

— Валера, — я чуть опустил копье, чтобы он перестал дрожать хотя бы на секунду, но держал в голове, что все происходящее вполне могло быть какой-то глобальной подставой, — ответь мне на один чрезвычайно важный вопрос. Только четко. Какой сейчас день? И сколько времени?

Он посмотрел на меня, как на сумасшедшего.

— В смысле какой день⁈ Третье ноября, понедельник. Когда вся эта задница приключилась, был обед! Полдень, не знаю точно, но чуть позже двенадцати! — Голос мужика сорвался на истеричный визг. — Мужик, ты издеваешься⁈

— Я предупреждаю только один раз, сейчас ты в позиции просящего, и если я задаю вопрос, будь любезен, отвечай на него. Чем раньше ты это усвоишь, тем дольше проживешь. Усек? — Ответил я хлестко, не желая развозить полемику и становиться в невыгодную для себя позицию сердобольной няньки, лучше сразу дать это понять, так как я не нанимался.

Но еще сильнее меня поразил ответ. По первому впечатлению я смог выдвинуть гипотезу, сейчас получил фактически прямое подтверждение. Это новообращенный инициированный. Сердце пропустило удар, а я застыл неподвижно, пока в голове с пугающей ясностью складывался пазл, от масштабов которого становилось дурно.

Для нас прошел месяц. Долгий, кровавый, сочетающий в себе самые говёные факторы, вообще мыслимые и немыслимые. Смерти, смерти, вымораживающие душу предательства и вывернутое наружу человеческое нутро, порой, кстати, не фигурально. Но ноябрь давно закончился. Мы пережили тут позднее лето, осень и скоротечную зиму, и сейчас расцветала весна. А вот для него апокалипсис произошел только что… буквально минуты назад, или, быть может, часы, но сути это не меняет.

Похоже, вопросов к наблюдателям у меня еще больше. Прекращение нашего обучающего протокола запустило новый, но пока непонятно, какой именно. Требуется как можно скорее разобраться с этим, но вначале решить, что делать с этим трясущимся недоразумением.

— Расскажи, как ты сюда попал, — потребовал я, продолжив после небольшой паузы, — когда закончишь, позови сюда своих людей, которых ты упомянул раньше.

— Я… — Валерий нервно сглотнул. Видать, подействовало на него мое нервное состояние. — Я вышел на обеденный перерыв в магазин, за булочкой, жена написала, что завезти тормозок не сможет, курил стоял у входа, потом началась ЖОПА. Все вокруг сжиматься стало, в кубы комкалось, и исчезало быстро. И голос в голове какую-то хрень нес, чтобы выжившие следовали по стрелкам на земле к спасению. Ну, я и побежал! Там фиговина синяя висела между двух каменюк, стрелки вели туда. Я залез! А что оставалось делать?

Что ж, все в точности, как было и у меня, сценарий один в один. Уничтожение рукотворного мира, подсчет ресурсов, голос, порталы. Никакой разницы, кроме временного лага. Но все-таки что-то не давало мне покоя.