Книга Долг человечества. Том 5, страница 47 – Артем Сластин, Михаил Юрьевич Попов

— У тебя обе ноги. — Заметила она, добавив в голос обиду и гнев.

— Обе, верно. И пока они у меня есть, я буду выходить наружу, потому что должен. — Согласился я смиренно, ведь разговор сейчас из разряда «сытый голодного не разумеет». — Но только кому я это должен, кроме как себе? Никому, верно. И ты не должна. Не переламывай себя, и не думай, что тут, в этом лагере, к тебе относятся, как к рабу. То в прошлом. И если ты и правда не можешь и не хочешь, если тебе страшно, против воли ничего не будет. В лагере найдется занятость и безопасная, вот та правда, скрытая за моими необдуманно грубыми словами.

— Хочу быть такой, как ты. — Огорошила меня Мира. — Уверенной, сильной, но… после того, как меня принуждали, били и насиловали, после того, что я видела, как обходятся с Мирой, я не думаю, что у меня когда-то будут на это силы.

— Не вспоминай. — Тихо и спокойно проговорил я. — Это в прошлом. Сейчас ты здесь, и у тебя еще представится шанс быть самой собой, без опаски и оглядки на прошлое.

— Ладно… я устала, буду спать. — Вот так, тактично оборвала она разговор. Но по голосу я сделал вывод, что мои слова попали в нужное место, и завтра, полагаю, Мира встанет.

Я же поднялся, во-первых отлежал себе все что можно и нельзя, во-вторых сильно проголодался, а еще немного замерз. На улице поднялся ветер, и предательски задувал через зеленую маскировочную сетку, которую, кстати, скоро придется переделывать — листва отсохла и постепенно отваливалась с веток, привязанных к сети.

Мой ночной променад не остался незамеченным — Борис, Микаэль, Владимир и Егор рубились в карты, а Лиза наблюдала из-за спин и шкодила, подсказывая у кого какие карты.

Стоп, карты?

— Я сделала. — Похвалилась трансмутаторша, когда я спросил, откуда у них колода.

— Ничего себе. — Искренне удивился я. — Трудоемкое занятие.

— А то. — Заулыбалась она. — Как ты себя чувствуешь?

— Жрать хочу, как волк. — Пожаловался я и погладил живот, сверкая оголенным торсом.

— Я принесу, Кара наготовила бульона, а Женя велела проследить, чтобы ты поел. — Откликнулась девочка и пошла к лагерному костру снаружи.

— Сыграешь с нами? — Предложил Владимир, собирая раздачу после последней игры.

Я уселся рядом, между Борей и Микаэлем.

— Одну игру, и кстати, — я перевел взгляд на сидящего по левую руку здоровяка, — ты Катю не видел? Ее ячейка пуста.

— Нет. — Буркнул он, не сводя взгляда с пола, на котором появлялись кучки карт.

Сделаны они были из листков бумаги, упрочненных магией и с нарисованными картинками и обозначениями мастей и номинала черной тушью.

Реакция Бори меня удивила. Они же встречаются, как это он не знает, где она? Но, похоже, что-то приключилось, пока я спал или был в отрубе, и произошел какой-то разлад. Решил, что ковырять это не в моих компетенциях, принял шесть карт на руки и посмотрел раздачу.

— Катя-джан говариль, чьто у нее завтра рано-рано утром многа дэл, вай, велел всэм отдихат. — Тоже принял свою раздачу Микаэль и пояснил то, что ему было известно.

— Она далеко ушла? — Спросил я прямо.

— Нэт, здэс, — строитель вскинул руку в сторону южного склона, — биль полчаса назад.

— Понял. — Кивнул я.

— Вот, покушай. — Принесла мне плошку с наваристым мясным бульоном на косточке с зеленью и аналогом чеснока заботливая Лиза.