Книга Долг человечества. Том 1, страница 82 – Артем Сластин, Михаил Юрьевич Попов

— Самогонка… — Протянула вернувшаяся Катя и, мне показалось, стала причмокивать.

— Кому что. — Укоризненно покачал головой Дима.

— Нет, чего нет, того нет. Это может стать проблемой? — Голос мой мог бы показаться обеспокоенным.

— Думаю нет. Но нужен будет костер.

— Что ж, как раз об этом. — Сказал я, вспомнив, что у нас в лагере есть сюрприз замедленного действия. — Мы в один из шатров сложили всех убитых греллинов, чтобы не воняли и не мозолили глаза. Если решим, что это место нам подходит — нужно будет тот шатер сжечь. А что до костра — Борь, займешься?

— Конечно. — Кивнул парень и шумно поднялся, помогая себе руками.

— И поесть бы чего-нибудь. — Добавил Дима. — Жрать охота, аж желудок сводит.

— Отдых нам только снится, да? — Потерла кулачками глаза Катя. — Давайте тогда сделаем сегодня по-максимуму.

— Кать, а что с тобой? — Вдруг, словно обвиняя, спросил у кинжальщицы Дима, и суть его вопроса не понял никто.

— Не поняла? — Вскинула она недовольно одну бровь, считав подтекст.

— Чего-то ты довольная такая, за последние полдня ни одного подкола в чей-то адрес не слышал. Я тебя прямо не узнаю! Не заболела? — Он шутовски решил потрогать тыльной стороны ладони ее лоб.

Но девушка, как кобра, взбеленилась, его руку оттолкнула и брызнула ядом:

— А вот нехрен тебе выяснять. Не суй свой нос куда не просят.

— Эй, ты чего, я же пошутил просто… — Сконфузился воин, отпрянул.

— Не до шуток мне, я тут вообще-то на благо группы вкалываю, как проклятая, а мне еще моим характером тыкают!

— Тише, чего вы начинаете-то? — Вступил в перепалку Борис, и вновь действовал как моральный якорь.

— АААААААААААА!!! — В темноте ночи раздался душераздирающий вопль из соседнего шатра, где лежала Варя, полностью затушив начинающуюся перепалку. Кто сидел — повскакивал со своих мест, чтобы понять, что же случилось.

— Воду, Дима! — Требовала Женя, нависнув над Варей, которая сейчас истошно кричала, хватаясь руками за свою спасительницу, и в ужасе таращилась в пустоту, явно нас не видя. Видимо бредит.

Парень на миг растерялся, но отрезвляющая команда позволила ему собраться и сделать то немногое, что от него требовалось. Он, удерживая кувшин дрожащими руками, передал его целительнице, и та, не теряя ни секунды, вылила его на пышущее жаром тело раненой, смочила тряпку из тех, что были чистыми, вытерла ей лоб, и приговаривала:

— Держись, боль сейчас отступит, все пройдет! — Шептала она, но твердо, так, чтобы затуманенное сознание девушки слышало этот успокаивающий голос.

В раскрытый рот с вываленным языком тонкой струйкой лилась вода из кувшина. Варя кашляла, содрогалась, но глотала. А чтобы она не поперхнулась, Женя придерживала ее голову на весу, под нужным углом, чтобы жидкость текла куда надо, если та вдруг не сможет ее проглотить.

— Выйдите! Готовьте костер, займитесь чем-то полезным! — Рявкнула на нас, испуганно глядящих на развернувшийся кошмар Женя, и махнула рукой, как бы прогоняя.

— Твою ж мать… — Обреченно выдохнул Дима, пропуская между пальцами свои волосы и оттягивая их наверх вместе с кожей, так, что его лицо исказилось.

Меня, в это мгновение не думающего ни о чем, и глядящего в ночное яркое небо, обступили с двух сторон. Катя и Антон.

— Чего? — Опустил я голову и взглянул на подошедших поочередно.