Книга Долг человечества. Том 1, страница 35 – Артем Сластин, Михаил Юрьевич Попов

— Я о том же самом думаю. — Кивнул я.

Лучник, молча взглянув на меня, благодарно похлопал меня по плечу.

Панибратством тут и не пахло, похоже он и впрямь был мне благодарен. Учитывая, что мы работали в совершенно разных отделах и коммуницировали постольку поскольку, наша иерархия из прошлой, спокойной жизни, не имела тут смысла. Собственно, меня это и не тревожило, ведь я понимал, сколь важен вклад каждого в благополучие всех. И это не всегда измерялось системой справедливо. Хотя, не в моем случае. Тут меня не обидели.

Прогресс в развитии профессионального навыка: 1 %

Мастеровой: 1 % из 100 %

Похоже, я каким-то образом, помещая измененный предмет в инвентарь, фиксировал его параметры на момент наложения своего заклинания трансмутации. Это многое говорит о моих возможностях, но, как я и упомянул ранее, размышлять о конкретных применениях я буду на стоянке. А сейчас нас вновь поторапливал Дима.

— Давайте дальше идти, тут оставаться нельзя.

И мы пошли. Как там сказал тот манекен — ищущий да обрящет? Вот запала мне эта фраза от столько безэмоционального существа. Если это вообще было живым, а не просто проекцией голоса в голове, который отчего-то давненько не объявлялся. Ну да не о нем сейчас.

По ощущениям, миновало еще несколько часов, точно сказать было нельзя. Нам удивительно везло не наткнуться на тварей, на других инициированных, да и вообще продвигались мы пусть медленно, но довольно успешно. Да, это можно назвать успешным, если отбросить нечто очень важное и перестать учитывать, что нас стало на одного меньше.

Антон держал ухо востро, и постоянно расходовал энергию на свой «орлиный глаз», высматривая и выслеживая что-то, что могло нами поужинать. Мы несколько раз меняли курс, огибая странные места и избегая звуков, которые во тьме неизвестной местности казались чертовски пугающими. Словно плач ребенка, ржание лошади, клокотание… какофония звуков.

Пока, наконец, не нашли нечто, что отвечало требованиям лучника о подходящем убежище.

В скальном массиве, вдоль которого мы шли ориентировочно последний час, располагалась глубокая расселина с узким входом. Со слов Антона, подобное могло образоваться только от какого-нибудь масштабного оползня. Проверив все внутри, он счел место «годным», и велел зайти внутрь.

Вход и впрямь был узок. Девушки, как на подбор примерно одной, стройной фигуры, проскочили без проблем, а вот у Бориса были сложности. Он все-таки сумел втиснуться, но расцарапал себе бока. Я восстановил его мантию, а он залечил собственные царапины.

Пробраться пришлось в узкий вертикальный спуск глубиной около двух метров. Уже внутри пришлось аккуратно сползать, цепляясь за гладкий камень, словно наглаженный морем. Получилось неуклюже, но главное, что получилось. Остальное — ерунда. Внутри было тесно и довольно низко, в полный рост не встать. Всем семерым пришлось сгрудиться поплотнее, поджать коленки и сидеть, как кильке в банке. Это имело и свои плюсы и свои минусы.

Я оказался между Борисом и Варей. Будучи зажатым между двух тел, в расселине быстро стало тепло, но все еще далеко до «комфортно». Минусы — запах. Кое-кому из присутствующих нужно помыться. И нет, это не пассивная агрессия в чей-то конкретный адрес — дурно пахло от всех. Кто-то вспотел, а кто-то вымазался в потрохах стервятников, которых мы за первый день успели убить троих. Аж троих или всего троих? Точки опоры нет, рассуждать об этом не получается.